Общество памяти новомучеников Сергия и Александра Раменских­­

 

Мы занимаемся сбором, хранением и изучением материалов, связанных с жизнью новомучеников, 

изучением истории города Раменское и храмов Раменского района. 

Всегда рады новым друзьям и любой полезной для нас информации.

Митрополит Серафим (Чичагов) (1856 †1937), митрополит Ленинградский и Гдовский, священномученик.

14 октября 1933 года указом Синода митрополит Серафим был отправлен на покой. 24 октября он совершил свою последнюю службу в Спасо-Преображенском соборе и вечером выехал в Москву. Первое время владыка жил в резиденции митрополита Сергия (Страгородского), пока подыскивали жилище. В начале 1934 года он поселился в Малаховке, а затем переехал на станцию Удельная, где арендовал полдачи. Это были две небольшие комнаты и кухня. В одной комнате была устроена спальня владыки, с большим количеством книг, икон и рабочим письменным столом. Другая комната отведена под столовую-гостиную. Здесь стояли обеденный стол, фисгармония и диван; на стене висел большой образ Спасителя в белом хитоне, написанный владыкой. С ним были две его верные келейницы монахини Воскресенского Феодоровского монастыря Вера и Севастиана, сопровождавшие владыку по благословению своей игумении Арсении уже более 7 лет.
Спокойными и безмятежными были последние месяцы жизни митрополита в Удельной. Самое скорбное это были старость и связанные с нею болезни. Он сильно страдал от гипертонии, одышки, последнее время от водянки, так что передвигался с трудом и из дома почти не выходил. Днем к нему приходили духовные дети, иные приезжали из Петербурга; посещали владыку митрополиты Алексий (Симанский) и Арсений (Стадницкий), приезжая на заседания Синода. Вечерами, когда все расходились, митрополит садился за фисгармонию и долго-долго играл известную духовную музыку или сочинял сам.
30 ноября 1937 г. был арестован, сотрудники НКВД затруднились увозить его в арестантской машине — вызвали скорую помощь и отвезли в Таганскую тюрьму.
По рассказам самого владыки Серафима, день его кончины был предсказан отцом Иоанном Кронштадским, который неоднократно повторял: «Помни день Трёх Святителей». Владыка каждый год готовился к смерти в этот день.
Владыка Серафим был расстрелян 11 декабря 1937 г. на полигоне в Бутово.
В 1997 году Архиерейским собором Русской православной церкви владыка Серафм был причислен к лику святых как новомученик.
Источник: сайт Бутовский полигон - наша Русская Голгофа.https://vk.com/butovo_poligon
 

8 декабря (25 ноября по ст. ст.) - день памяти протоиерея Сергия Алексеевича Парусникова

из Московских Церковных ведомостей 1908г:
"... 25 ноября с.г. в селе Троице-Раменском, по Московско-Казанской жел. дор., после непродолжительной болезни скончался заштатный Протоиерей Сергий Алексеевич Парусников – 69 лет. Покойный о. Протоиерей был ставленник приснопамятного митрополита Филарета и священствовал при Троицкой, села Троице-Раменского, что при озере Борисоглебском, церкви, Бронницкого уезда целых 46 лет с марта 1862 года по апрель 1908 года, когда по слабости здоровья вынужден был уйти за штат, уступив место сыну. С 1864-1904 г, т.е. 40 лет, покойный о. Протоиерей состоял законоучителем Раменской начальной шлолы при фабрике Т-ва П. Малютина с-вей. Несколько лет он исполнял обязанности благочинного, а последние годы жизни был духовником 1-го благочиннического Округа Бронницкого уезда и пользовался всеобщим уважением...
День его кончины совпал со съездом духовенства благочиния, так что – первую панихиду о упокоении души его служило духовенство почти всего благочиния. Также и на похороны, которые происходили 28 ноября, съехались его дети, зятья, родные и почти все духовенство благочиния во главе с местным Благочинным соборным города Бронниц, Протоиереем В.Г. Толгским. Кроме него, Литургию совершали – протоиерей Московского Вознесенского женского монастыря А.И.Пшеничников; Председатель Бронницкого уездного Отделения К.М. Братства священник Климентовской, на Пятницкой ул. г. Москвы, церкви – А.С. Парусников; зять покойного свящ. А.А. Пшеничников; настоятель местного храма свящ. А.К. Хавский, племянники покойного – Московской Воздвиженской церкви Св. П.И. Парусников и Коломенского женского монастыря свящ. И.В. Парусников и другие. На отпевание вышло семнадцать священников. Обширный Троицкий храм был переполнен прихожанами, собравшимися от мала до велика...
... Душевные качества почившего были поняты его многочисленными и разнородными прихожанами, когда он в мае текущего года, по выходе за штат, в своей прощальной речи со слезами умолял всех не помнить на нем обид или огорчений и простить его, как и он всех прощает, и всех любить и за всех Бога молить и при этом по своему глубокому смирению уклонился от предполагавшегося чествования его с поднесением иконы....
Вследствие громадного стечения народа, пожелавшего проститься со своим о. духовным, отпевание почившего затянулось до 3 часов, когда, наконец, бренные останки его были вынесены их храма и отнесены кругом его. Затем шествие тронулось на приходское кладбище, отстоящее от храма в 1,5 вер., где вместе с женой и детьми, под сенью разросшихся сосен и берез, пожелал лечь почивший. Местное общество хоругвеносцев, в полном своем составе и кафтанах, несло священные хоругви и самый гроб почившего в сопровождении почти всего служившего духовенства. «Господи! сколько живу», - говорит в слезах одна старушка: «а и на Пасху не видала такого торжества, какое заслужил наш отец Сергий!»
... Одним фабричным рабочим крест. Д.В. Щегловым от лица всех прихожан – рабочих была сказана последняя безыскусственная речь, вызвавшая слезы почти у всех присутствовавших: «ты, дорогой наш о. Сергий, заслужил Милосердие Божие и молись там за нас, а мы не забудем тебя здесь… Вечная тебе память, дорогой наш о. Сергий!..»
 

16 ноября - Собор новомучеников Быковских: пресвитеров Иоанна Кесарийского и Петра Косминкова, диакона Симеона Кречкова и мученицы Евдокии Сафроновой

Богослужения в храме Владимирской иконы Богородицы в селе Быково
15 ноября пятница 16.00 Всенощное бдение
16 ноября суббота 9.00 Часы. Литургия

Как добраться до Владимирской церкви:
Адрес: Московская область, Раменский район, с. Быково, ул. Колхозная
Из Раменского: на автобусе 28, 39, 424 или маршрутке 525к до остановки «Храм» (время в пути от станции Раменское примерно 1ч10мин.)
Из Москвы: от ст. Котельники на автобусе 424, 441, 478 или маршрутке 525к до остановки «Храм» (время в пути от станции Котельники примерно 1ч.)

«Братья убивали братьев, дети отцов, потому что потеряли любовь друг к другу и перестали видеть друг в друге образ Божий. В наше время творится тоже самое — наши соотечественники не видят друг в друге образа Божьего. Пока мы не осознаем, что должны сохранить память о новомучениках и определиться с отношением к их гонителям, не научимся видеть в близких образ Христов, ни о каких успехах у нас речи быть не может…
Прославление людей, которые оказались верны Христу, может оказать влияние на наших современников. Сегодня мы слабы и не показываем верности Богу. А они в страшных обстоятельствах жизни проявили верность Христу и Церкви…»
(протоиерей Кирилл Каледа настоятель храма во имя Святых новомучеников и исповедников Российских на Бутовском полигоне, из интервью «Правмир», беседовал А.Филиппов)

В начале ноября 1937 г в Быкове было арестовано восемь человек.
Это были: священники Иван Никанорович Кесарийский и Петр Васильевич Косменков, диакон Семен Николаевич Кречков, семья местных прихожан – Александр Егорович, Екатерина Васильевна и их сын Дмитрий Чиликины, активный прихожанин и член церковного Совета Петр Матвеевич Пискарев-Молоков и староста храма Евдокия Григорьевна Сафронова. Их обвиняли в "контрреволюционной деятельности и высказывании террористических настроений". То, что произошло тогда, было типичным процессом того времени и Владимирский храм в Быкове стал очередной жертвой.
Из показаний свидетеля К.: «Церковники во главе с попами Кисарийским и Косьменковым и дьяконом Кречиковым вербуют население в церковники. Поп Кисарийский в июле 1937г. неоднократно ходил в колхозную аронжерею для вербовки церковников, в результате чего сторож Чистов Иван Иванович, не ходивший в церковь 10–15 лет, после посещения оранжереи попом Кисарийским, стал ходить в церковь, повесил в доме икону и даже говел. Кроме этого, поп Кисарийский, поп Косьменков и дьякон Кречиков проводят в церкви после богослужения проповеди, в которых высказывают клевету на советскую власть и партию. Они говорят, что раньше молились Богу, было все, а сейчас забыли Бога, и нечего нет, а в этом во всем виноваты коммунисты, они против религии будьте готовы, православные, коммунисты хотят закрыть нашу церковь».
Свидетель Ч. рассказал следователю: «поп Косминков в своих проповедях говорит: «Православные, спасти свою душу можно только молитвой и посещением божьего храма. Молитесь сами и учите божьему слову ваших детей...».
Из показаний свидетеля Т.: «Эта группа церковников свою контрреволюционную деятельность проводит хитро и скрытно, подчас прикрываясь и религиозной оболочкой. Я как колхозник, порвавший связь с религией, стал объектом обработки церковниками. В июле 1937 г. ко мне подошел дьякон Кречков С.Н. и говорит: «Ну что в безбожники записался, хочешь без Бога прожить, ничего у вас не выйдет, пропадете все как мухи. Надо ходить в церковь, почитать божье слово». Он после этого еще несколько раз приходил ко мне с Евангелием и хотел доказать наличие Бога и снова вовлечь меня в церковные дела».
Еще в 1930 году в селе Быково проводилась активная антирелигиозная компания и местным сельсоветом было принято решение о снятии колоколов с Быковского храма. Евдокия Григорьевна и другие неравнодушные прихожане Владимирской церкви пытались сохранить колокола, но им это не удалось, а Евдокия Григорьевна была лишена избирательных прав как «активная церковница». В ноябре 1937 года Евдокия Григорьевна арестована по групповому делу «церковников Быковского прихода» вместе со священниками Иоанном Кесарийским, Петром Косминковым, диаконом Симеоном Кречков.
Еще один свидетель показал: «В июле месяце 1937 г., когда я сидел на лавочке у своего дома, ко мне подошел дьякон Кречитов, попытался сагитировать меня на путь церковников, предлагал мне прочитать какую-то церковную книгу». Также свидетель отметил, что летом 1937 г. церковники пустили умышленный слух, что власть собирается закрыть Владимирский храм, «чем самым пытались обострить верующих против руководителей Местной сов. власти на селе». Это также стало общим местом: сначала власть преследовала тех, кто «клеветал» на нее, распуская слухи о закрытии церквей, а потом сама же эти слухи подтверждала, закрывая церкви. Храм Владимирской иконы Божией матери в Быкове был закрыт менее чем через год после арестов в мае 1938г.
Священнослужители и Евдокия Григорьевна отвергли все обвинения.
Священники Иоанн Кесарийский, Петр Косменков и диакон Симеон Кречков были приговорены к расстрелу.
Настоятель Владимирского храма отец Иоанном Кесарийским был расстрелян 16 ноября 1937г на Бутовском полигоне, а через 9 дней 25 ноября там же в Бутово расстреляны и погребены в общей могиле Отец Петр Косменков и диакон Симеон Кречков. Евдокия Сафронова приговорили к восьми годам исправительно-трудовых лагерей, этапирована в Тайшетлагерь Иркутской области. Скончалась 25 августа 1938 г. в Тайшетлагере и погребена в общей безвестной могиле.
В августе 2000 года Архиерейским Собором Русской Православной Церкви священники Иоанн Кесарийский и Петр Косминков, диакон Симеон Кречков и Евдокия Сафронова причислены к лику святых новомучеников с общим днем памяти.

Молитва новомученикам быковским:
О святии священномученицы Быковстии Иоанне, Петре, Симеоне и мученице Евдокие, в годину лютых гонений за Христа пострадавшии, верность Ему даже до смерти сохранившии и венец жизни от Него приемшии! Вы, во дни искушения тяжкаго, пришедшаго на Церковь Русскую от безбожных, мучения многоразличная и лютую смерть претерпевше, любовь ко Господу и образ непостыднаго упования на Него мужественно явили есте. И ныне, в раи сладости наслаждающиеся, Престолу Божию во славе предстоите и присно хвалу со Ангелы и всеми святыми Триединому Богу возносите. Сего ради мы, недостойнии, молим вас: умолите Господа сил, да утвердит Церковь Русскую непоколебиму в многомятежнем мире сем, да дарует нам дух братолюбия и мира, и приведет нас, заблудших, к покаянию, да водворятся в душах наших любовь и благоговение, да исполнятся уста наша непрестаннаго благодарения Спасителю нашему. Молитвенным же предстательством вашим да возгорится в сердцах наших ревность о славе Божией и о всяком делании правды, да сподобимся присно с вами прославляти Единаго во Святей Троице истиннаго Бога, Отца, и Сына, и Святаго Духа, во веки веков. Аминь.
 
по материалам статьи Бутовский полигон и “Коммунарка”, 1917-1953, автор Головкова Лидия Алексеевна

СТРЕЛЯЛИ НА КРАЮ РВА, В ЗАТЫЛОК, С РАССТОЯНИЯ МЕНЕЕ МЕТРА…

В Бутово за день редко расстреливали меньше 100 человек. Бывало и 300, и 400, и свыше 500. Например, 08 декабря 1937 г. было расстреляно 474 человека, а 17 и 28 февраля 1938 г. – соответственно 502 и 562 человека.Исполнители пользовались личным оружием, чаще всего приобретенным на гражданской войне; обычно это был пистолет системы «наган», который они считали самым точным, удобным и безотказным. Стреляли на краю рва, в затылок, с расстояния менее метра. В дни расстрелов всем исполнителям выставлялось ведро водки, из которого можно было черпать сколько угодно.
В комендатуре исполнители заполняли от руки бумаги, ставили свои подписи в конце акта о приведении приговоров в исполнение. После всех необходимых формальностей полагался обед, затем исполнителей, обычно мертвецки пьяных, увозили в Москву. К вечеру на месте казни появлялся человек из местных; он заводил бульдозер и тонким слоем земли присыпал трупы. На следующий день расстрелов все повторялось сначала.
Конечно, в разные месяцы, а возможно и в разные дни процедура казни была различной
Приведение приговоров в исполнение осуществляла одна из так называемых «расстрельных» команд, в которую входило четыре сотрудника НКВД, в дни же особенно массовых расстрелов число исполнителей увеличивалось. В официальных документах 1930–1940-х гг. для обозначения исполнителей приговоров используется термин «сотрудники для особых поручений», которые входили тогда в категорию «работников НКВД специального назначения».Если посмотреть на биографии исполнителей, то видно, что это все люди не молодые, офицеры, непременно члены ВКП(б). Как правило, все они получили лишь начальное образование, зато обладали большим опытом работы в органах, придя туда еще в годы гражданской войны или вскоре после нее. В конце 1937 г. почти все они получили награды. Награжден был орденом «Красного Знамени» майор госбезопасности И.Я. Ильин («за выполнение важнейших заданий правительства»), орденом «Красной Звезды» награжден капитан милиции М. И. Семенов, получили свои награды «за образцовое и самоотверженное выполнение важнейших правительственных заданий» Э. Мач и «легендарный» Магго, известный как палач уже в 1920 г.
 Впоследствии Магго участвовал во всех крупных операциях по приведению приговоров в исполнение, имел ордена, был награжден золотыми именными часами. Предсказание Ф. Достоевского (в его романе «Бесы») о Шигалеве и «шигалевщине», захлестнувшей Россию, на Бутовском полигоне сбылось буквально. Сотрудники НКВД братья Шигалевы, Иван и Василий, знаменитые в своих кругах исполнители приговоров, также бывали здесь.Вероятно, все эти люди были убеждены, что действуют правильно.
 Забвение христианских и общечеловеческих ценностей, политическая обстановка и вся жизнь в стране создавали тот фон, при котором эти люди могли исполнять приказы, не испытывая угрызений совести. И все-таки не все смогли это выдержать. Как видно из личных дел исполнителей, большинство из них не дожили до старости. Имеются сведения, что один застрелился, другой повесился, подполковник госбезопасности Емельянов сошел с ума – списан на пенсию с диагнозом «шизофрения». Помешался в рассудке один из водителей, возивший трупы расстрелянных на захоронение. Бывший пастух, «сотрудник для особых поручений» майор госбезопасности Эрнст Мач, исправно выполнявший работу палача в течение 26 лет и награжденный несколькими орденами, был уволен из органов по причине нервно-психического расстройства. Большинство же исполнителей просто спились, даже имевший, казалось бы, каменное сердце П. И. Магго.Для тех немногих исполнителей, кто благополучно прожил долгую жизнь, их прошлое, связанное хотя бы косвенно с массовыми расстрелами, являлось источником постоянного страха. Все они боялись, как бы их семьи и близкие не узнали когда-нибудь об их причастности к расстрельным акциям. Может быть, с годами бывших «исполнителей» стали посещать и другие страхи и сомнения.
До августа 1937 г. расстрелянных хоронили в небольших отдельных ямах-могильниках. Но с августа 1937 г. казни в Бутове приняли такие масштабы, что «технологию» расстрелов и захоронений пришлось изменить. В Бутово доставили мощный экскаватор типа «Комсомолец», предназначенный для рытья каналов. С его помощью заранее рыли громадные рвы, длиной в сотни метров…
Источник: сайт Бутовский полигон - наша Русская Голгофа https://vk.com/butovo_poligon?w=wall-149987143_3496
 

Памяти протоиерея Николая Парусникова

20 октября 2019 года - пятнадцать лет со дня кончины настоятеля Храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста.
Отрывок из воспоминаний иеромонаха Никона (Белавенца)
"Я познакомился с Николаем Вадимовичем еще до его рукоположения во диаконы, в 1982 году. Тогда этот молодой красивый человек трудился в музыкальной редакции журнала Московской Патриархии и Издательском отделе Московского Патриархата. Как раз в 1981 году отдел переехал в новое здание на Погодинской улице, и я, еще не будучи сотрудником, фактически мальчишкой после школы, стремился проводить там все свободные время. Уже около двух лет я был знаком с архиепископом Питиримом (Нечаевым) (с 1986 года митрополит Волоколамский и Юрьевский), который был главным редактором Журнала Московской Патриархии и Председателем Издательского отдела Московского Патриархата с 1963 по 1994 годы.
Атмосфера в отделе царила очень дружная, в этот круг общения входили как молодые сотрудники издательства, так и все, кто помогал Владыке на службе, т.е. иподиаконы. Мне тогда было семнадцать лет, Николаю Вадимовичу 35 лет, но в непринужденной атмосфере общения стирались все возрастные границы.  Мы обменивались впечатлениями об окружающей  жизни, много спорили, для нас не существовало закрытых, запретных тем. До поступления в Издательский отдел Николай Вадимович работал инженером на крупном предприятии и снискал всеобщее уважение не только своим возрастом и опытом, но и открытостью души. Он выделялся своей образованностью, культурой и очень веселым характером. В 1983 году Николай Вадимович был посвящен в стихарь, потом рукоположен во диакона, вскоре стал старшим диаконом храма в честь Воскресения Словущего на Успенском Вражке, расположенном тогда еще улице Неждановой (сейчас это вновь Брюсов переулок). Впрочем, в просторечии храм и тогда все называли Брюсовским. Отец Николай обладал прекрасным голосом, музыкальным слухом, знанием хоровой и классической музыки.
В Москве в те годы действовало не более пятидесяти храмов, фактически в каждом из них пребывала одна из чтимых святынь. Списка их никто не составлял, он хранился в памяти каждого православного москвича. На праздник иконы Взыскание погибших все устремлялись в Брюсов переулок, в храме было не протолкнуться, на Иверскую – в Сокольники, на Скорбящую – на Ордынку. Все, особенно молодые прихожане, друг друга знали, поэтому, думаю, они помнят прекрасные богослужения, украшением которых был голос отца Николая. Отец Николай очень ответственно относился к богослужению и требовал такого же ревностного отношения от нас, иподиаконов. Не грубо, но довольно твердо он призывал нас к порядку, приучал к благоговению в алтаре и к внимательному отношению к службе. С особым трепетом он относился к подготовке к совершению литургии.
В те же годы Маргарита Сергеевна Парусникова, мама отца Николая, взялась помогать мне, студенту второго курса автодорожного института, с математикой.  Здесь я впервые познакомился с настоящей православной семьей. За огромным столом собирались отец Николай, его матушка Ольга, мама Маргарита Сергеевна, дети. После общей молитвы все садились за стол, велась неспешная беседа. Когда говорила Маргарита Сергеевна, все замолкают, все также прислушиваются к отцу Николаю…
Семья эта удивляла не только своим укладом, но и многочисленностью. Когда мы познакомились, у батюшки было шесть детей — трое сыновей и три дочери. Затем, уже на моей памяти, родилась младшая дочь Ксения. Все они уже стали для меня близкими людьми. Уже тогда такие семьи были большой редкостью, не во всех семьях священников было и  по пятеро детей. Семейство Парусниковых запомнилось всем сотрудникам Издательского отдела прежде всего участием в Рождественских и Пасхальных концертах, когда отец Николай садился за рояль, дети играли на музыкальных инструментах и все вместе хором исполняли различные музыкальные произведения.
Атмосфера большой патриархальной христианской семьи произвела на меня неизгладимое впечатление. Я тогда не думал, что когда-нибудь придется самому читать над Маргаритой Сергеевной канон на исход души. Она ушла в мир иной в 1997-м году, когда отец Николай находился в больнице, где его готовили для операции на сердце, и не мог быть у постели своей умирающей матери. Поэтому мне, как близкому другу семьи, пришлось выполнить эту нелегкую миссию…
Через несколько лет после принятия Николаем Вадимовичем диаконского сана, ко второй половине восьмидесятых годов, в храме Воскресения Словущего сложился совершенно уникальный круг пастырей, объединенных и дружбой, и своим отношением к Церкви, к богослужению. Это были ныне покойный отец Геннадий Огрызков, и ныне здравствующие протоиреи Владимир Ригин и Артемий Владимиров. Неотъемлемой частью этой пастырской семьи был и протодиакон Николай Парусников. Все вместе они являли собой лицо Брюсовского храма того времени. Благодаря митрополиту Питириму и этому кругу священников, храм стал одним из лучших в православной Москве. Как и в служебное, так и во внебогослужебное время этот круг пастырей привлекал к себе церковную молодежь. Не случайно отец Геннадий, отец Владимир и отец Артемий сами потом дали жизнь нескольким православным общинам.
Такой же круг людей сложился и вокруг отца Николая, когда в конце 1991 он был рукоположен в сан священника и в 1992 году он был назначен настоятелем Введенского прихода. Вспоминается, что когда я приезжал к нему в гости, храм только восстанавливался, в нем была куча перегородок. Пришла мысль: как здесь будет служить отец Николай? Несколько лет спустя Господь судил и мне помогать отцу Николаю в этом самом храме.
Наиболее близко нам пришлось общаться последние пять лет, когда я после семи с половиной лет служения в Подмосковье оказался в Москве, и отец Николай попросил меня помогать на службах в храме Святой Троицы у Салтыкова моста. После операции отцу Николаю было сложно самому одновременно и служить, и исповедовать. Но как бы плохо ни было здоровье, он всегда стремился к совершению Божественной литургии и к пастырскому окормлению своих многочисленных духовных чад, которые, надо сказать, иногда буквально доводили его до изнеможения.
Навсегда в памяти осталась последняя встреча, произошедшая в праздник Покрова Пресвятой Богородицы, когда отец Николай вновь оказался в больнице. Зная о его глубоком почитании Божией Матери, мы со священником Александром Амелиным решили съездить и причастить его в этот день. Чтобы доставить радость отцу Николаю, мы взяли с собой  епитрахиль и поручи, чтобы он стал соучастником литургии, которую мы совершали в этот день без него. Мы взяли большую частицу агнца, которой причащаются священники и разделили ее на три части, двумя частицами причастились сами, а одну, смоченную кровью Господней, положили в дароносицу и принесли отцу Николаю, который, конечно, был очень слаб, но встретил нас с удивительной радостью. Я возложил на него епитрахиль, помог повязать поручи, и он в последний раз в своей жизни причастился святых Христовых Тайн. Причастившись, батюшка тут же спросил меня, есть ли у меня еще запасные святые дары. «Пройдись по всему отделению реанимации и спроси, кто желает исповедоваться и причаститься», — буквально приказал он. Это было так похоже на отца Николая: сам находясь на смертном одре, он не преставал заботиться о других страдающих людях. Звоня из больницы, он просил помолиться о преставившейся накануне женщине, которую и не знал лично, но услышал, что она была верующим человеком.
Известие о кончине отца Николая после чудесного нашего общения на Покров прозвучало для меня 20 октября, как гром среди ясного неба.
Все были буквально подавлены горем. Но батюшка по своей любви и после смерти нашел способ утешить всех нас. Надо заметить, что отец Николай очень не любил суеты и спешки, которыми иногда отличался и я сам, и многие другие, в том числе и староста храма, Анатолий Васильевич. Часто, заходя в трапезную, отец Николай садился на ближайший к входу стул. И почти всегда Анатолий Васильевич пытался его уговаривать пересесть на более почетное или удобное место. «Толя, не суетись», — неизменно звучало в ответ. И вот на погребении батюшки, когда гроб на длинных полотенцах уже опустили в могилу, Анатолию Васильевичу показалось, что гроб стоит не достаточно ровно и надо вмешаться и поправить: «Давайте чуть-чуть приподнимем». И тут полотенце рвется! Мне словно послышалось: «Толя, не суетись!» Всем стало понятно, что отец Николай уже из иного мира дает нам знак: «Не суетитесь, все в порядке, я с вами».
Я думаю, что отец Николай и в ином мире остается пастырем, молящимся о нас. Он поддерживает нас, переживает за наши неудачи, радуется нашим маленьким успехам. В этом и заключается милость Божия, что, забирая от нас праведников, Господь приближает их к Себе, и, молясь у Его Престола, они помогают нам в каждодневной жизни."
Источник: Храм Живоначальной Троицы у Салтыкова моста http://hramyauza.ru/2016/10/19/vospominaniya-o-protoieree-nikolae-parusnikove-12-11-47-20-10-04/
 

1 июля 1938 года на Бутовском полигоне был расстрелян иеромонах Даниил (Князев)

В 1925 году в Троицком храме села Раменское появился новый священник — иеромонах Даниил. В наше время уже не осталось на земле Раменской старожилов, которые помнили бы этого священнослужителя. Отец Даниил прибыл сюда по соглашению с местным духовенством, поселили его в церковной сторожке, официально оформив сторожем. Богослужения отец Даниил совершал лишь в те дни, когда кто-нибудь из местных священников заболевал, поэтому в «Деле о регистрации религиозной общины Троицкой церкви при станции Раменское Бронницкого уезда за 1926 г.» в списке «служителей культа» его имя не значится.
Иеромонах Даниил, в миру Дмитрий Егорович Князев, родился 15 сентября 1888 года в селе Патриаршее Тамбовского района Воронежской области в крестьянской семье. В селе, которое сегодня называется Донское, есть Богоявленский храм, известный по документам еще с XVI века. Можно предположить, что Дмитрия крестили здесь и именно в этом храме прошли его детские годы. В 30-е годы Богоявленский храм разделил судьбу большинства храмов: он был закрыт и разорен, но полностью не разрушен. В последние годы он восстанавливается и в нем снова проходят богослужения, как и во времена детства отца Даниила.
В 10 лет будущий насельник поступил в Николо-Угрешский монастырь, находящийся за 300 с лишним километров от его родного села. В 1866 году при монастыре было открыто третьеклассное училище для крестьянских детей. В 1898 году церковно-приходской школой монастыря руководил иеромонах Макарий (Ятров). Вероятно, именно он встретил мальчика Дмитрия, приехавшего из далекого села Патриаршее.
В 1918 году декрет советской власти «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» положил начало массовому закрытию монастырей. В течение 1918–1920 годов в Москве и Подмосковье в основном была завершена национализация церковного и монастырского имущества. Пытаясь спасти обитель и ее насельников, архимандрит Макарий (Ятров) в 1919 году организовал «Николо-Угрешскую трудовую общину», объединившую около 40 человек, и стал ее руководителем.
В 1920 году в списке трудовой артели, написанном архимандритом Макарием (Список Николо-Угрешской трудовой артели) есть иеродиакон Даниил, а в списке 1921 года указан уже иеромонах Даниил, поэтому можно предположить, что иеромонахом отец Даниил стал в 1921 году, когда ему было 33 года.
Из протокола допроса иеромонаха Даниила (Князева) 1931 года: «В 1924 году Соввласть прикрыла Николо-Угрешский монастырь и нас всех распустила. Я по договоренности с духовенством село Раменского пришел к ним в церковную сторожку. В Раменском мне официально была предоставлена должность сторожа с оплатой 50 рублей в месяц. Помимо этой должности, я выпекал просфоры…».
С 1925 по 1931 год, чуть более пяти лет, иеромонах Даниил прослужил сторожем при Троицкой церкви в Раменском. Он редко служил в храме, но выполнял обязанности приходского священника — по просьбам верующих ходил по домам, исполняя требы. В 1926 году в Раменском его даже осудили за самовольное причащение больных в палатах. Прихожане любили батюшку за доброе, отзывчивое сердце. В нем видели изгнанника, пострадавшего за веру и, зная, что он «лишенец», приносили ему продукты, особенно поддерживая его в голодное время.
24 мая 1931 года отец Даниил был арестован за якобы контрреволюционную агитацию в Раменском районе. В то же время чекисты взяли под стражу десять монахинь, которые после закрытия монастырей проживали в Раменском и окрестных деревнях. На всех арестованных было заведено одно следственное дело — «Дело на монахов и монашек Раменского района» с обвинением «за систематическую антисоветскую агитацию, направленную против мероприятий советской власти, проводимых в деревне». Во время следствия задержанные монахини и отец Даниил содержались в Раменском временном доме заключения.
25 мая 1931 году арестованного иеромонаха Даниила допросил уполномоченный Раменского ОГПУ. На допросе отец Даниил сказал: «Свое отношение к советской власти я могу характеризовать следующим путем: вся власть дана от Бога. Наш народ перед революцией впал в неверие, и вот Бог в наказание за это неверие и послал советскую власть. Я же активно с советской властью не боролся, считая это промыслом Божьим, который нужно переносить».
Следствие по делу одиннадцати арестованных длилось всего два дня, с 25 по 27 мая. За это время сотрудниками милиции, помимо обвиняемых, были допрошены пятнадцать свидетелей. В отношении отца Даниила заполнен только протокол его допроса и протокол допроса единственного свидетеля. Нет ни ордера на арест, ни справки о состоянии здоровья, ни постановления об избрании меры пресечения.
В заключении от 27 мая 1931 года написано, что «все указанные лица являются яркими выразителями кулацко-поповской агитации, которые своими действиями разлагали не только религиозных фанатиков, но… влияли на все мероприятия и кампании, проводимые на селе». На основании этого уполномоченный ОГПУ Раменского района постановил представить следственное дело на рассмотрение тройки.
29 мая 1931 года тройка по ПП ОГПУ МО признала Дмитрия Георгиевича Князева виновным по статье 58/10 и 11 УК и постановила «лишить обвиняемого свободы на пятилетний срок с пребыванием в исправительно-трудовом лагере в Казахстане».
Карлаг был расположен на территориях, опустевших от действий большевиков. Это была разветвленная система тюрем, концлагерей каторжного типа, спецпоселений (в том числе горнодобывающих шахтерских рабочих поселков и совхозов специального назначения), этапов, пересылочных пунктов и других учреждений «порицания, перевоспитания, наказания и принудительного труда» по реализации репрессий в эпоху зарождения и развития СССР сталинского типа.
Из протокола допроса Даниила Князева 1938 года: «…Срок наказания я отбывал в г. Акмолинске, Казахстан. Работал на постройке железной дороги к г. Караганде. Когда достроили дорогу до г. Караганды, я пытался бежать…, но был задержан на ж/д станции в г. Караганде. В 1933 году за побег приговорен к 3 г. лишения свободы и доставлен в г. Мурманск. В г. Мурманске я работал на дегтекурном заводе, откуда был освобожден в 1935 г. 26 сентября».
Беломорско-Балтийский исправительно-трудовой лагерь (Белбалтлаг) был организован в 1931 году на базе Соловецкого лагеря особого назначения. Его основной задачей было строительство и обслуживание Беломорско-Балтийского канала — внутреннего водного пути, соединяющего Белое море с Онежским озером. Строительство должно было продемонстрировать прогрессивный характер советской политики использования принудительного труда: при минимальном финансировании и исключительно на местных материалах оно должно было быть закончено в кратчайшие сроки. Открытие канала состоялось уже 30 июня 1933 года. Сначала заключенные Беломорско-Балтийского лагеря строили помимо Беломорско-Балтийского водного канала промышленные объекты Мурманской области: Нижнетуломскую и, позже, Серебрянскую ГЭС, Мончегорский никелевый комбинат и железнодорожную ветку от станции Оленья к будущему городу Мончегорску. Отдельные лагерные пункты (ОЛПы) Соловецкого лагеря особого назначения располагались по трассе Мурманской железной дороги вплоть до станции Тайбола.
Из протокола допроса Даниила Князева 1938 года:
«Вопрос: После отбытия наказания в Мурманске куда вы приехали?
Ответ: После отбытия наказания я приехал в г. Егорьевск Московской области и поступил работать на текстильную фабрику красильщиком хлопка и работал с сентября месяца 1935 года».
Отец Даниил жил в Егорьевске с сентября 1935 года до конца 1936 года, то есть полтора года он проработал на текстильной фабрике красильщиком.
Далее в протоколе допроса 1938 года читаем: «… на работе среди рабочих проявлял недовольствие против партии и правительства. Дальше я боялся работать, что меня могут разоблачить за мое контрреволюционное действие и одному мне среди рабочих трудно было проводить агитацию, и я заметил, что некоторые рабочие стали за мной следить, после этого я решил поехать в г. Москву к епископу Сергию с просьбой, чтобы он меня направил опять служителем культа».
Эта часть допроса подчеркнута и именно она лежит в основе обвинения. Теперь уже известно, что протоколы дописывались следователями с нужной формулировкой. Доказать это далеко не всегда представляется возможным, но в деле отца Даниила есть повторные показания одной из свидетельниц, которые датируются 1940-м годом, там явно указано, что следователь дописывал показания сам.
На допросах отец Даниил никого не назвал, отлично понимая, что ждет тех людей, которых запишут в протокол. Но следователь все-таки надеялся «выявить» еще хоть каких-нибудь врагов.
Из протокола допроса 1938 года, записанного следователем:
«Вопрос: Кто вместе с вами служил?
Ответ: Со мной служил В.-Белоомутской церкви дьякон Никольский Иван Иванович, вместе с ним жили на одной квартире.
Вопрос: Какую контрреволюционную агитацию проводил Никольский?
Ответ: Никольский в контрреволюционой агитации мне не помогал. Виновным себя в контрреволюционной агитации признаю. Запись моих слов верна, мной прочитана».
Это последние записанные слова отца Даниила. Вероятно, ночью с 30 июня на 1 июля 1938 года отца Даниила с другими заключенными привезли на Бутовский полигон под Москвой. Рвы, вырытые экскаватором, были уже готовы. В доме напротив полигона заключенных проверили по списку и сличили с фотографиями. Потом примерно по десять человек выводили на край рва. Там им объявляли приговор и расстреливали.
30 августа 1989 года иеромонах Даниил (Дмитрий Георгиевич Князев) был реабилитирован по следственному делу 1938 года, а на следующий год, 25 февраля 1990 года, — по следственному делу 1931 года. 1 июля 2019г в день памяти отца Даниила Князева паломники из Троицкого храма г. Раменское посетили Бутовский полигон. После Литургии , которая проходила в деревянном храме на территории полигона, Анатолий провел экскурсию по полигону и храмам, а затем по благословению отца Кирилла Каледы посетили мемориальный музей и Сад памяти.
Фотографии с поездки можно посмотреть в разделе нашего сайта "Мероприятия и события в фотографиях" и также скачать по ссылке: https://cloud.mail.ru/public/2QLK/2fBnpxPPN
 

27 июня день Собора Новомучеников Раменских и 140-летие со дня рождения священномученика Александра Парусникова

27 июня в Раменском благочинии прошли торжества, посвященные дню Собора Новомучеников Раменских и 140-летию со дня рождения священномученика Александра Парусникова.
Божественную литургию в Троицком храме города Раменское совершил епископ Луховицкий Петр в сослужении благочинного Раменского церковного округа игумена Никодима (Лунева), благочинного Подольского церковного округа протоиерея Олега Сердцева, благочинного Балашихинского церковного округа протоиерея Димитрия Мурзюкова, благочинного Егорьевского церковного округа протоиерея Сергия Кожевникова, духовенства Раменского благочиния. За богослужением молились два священника-выпускника МВТУ, МГТУ: отец Димитрий Данилов и отец Сергий Шершнев и прихожане храма. После богослужения Владыка Петр в сопровождении благочинного игумена Никодима (Лунева) посетил мемориальную комнату священномученика Александра Парусникова. Экскурсию для гостей провела внучка святого – А. В. Фомичева. Также в этот день дом отца Александра посетили отец Димитрий Данилов, отец Сергий Шершнев, несколько прихожан Троицкого храма и даже гости из Москвы. Особой радостью для нашего дома был приезд отца Сергия Парусникова. Благдарим всех, кто смог в этот день присоединиться к нашему празднику!
 

27 июня — день памяти отца Александра Парусникова

Из интервью протоиерея Кирилла Каледы, настоятеля храма во имя святых новомучеников и исповедников Российских на Бутовском полигоне (Православие и мир): Я хотел бы пожелать нашим читателям, чтобы они почувствовали близость и величие подвига новомучеников и исповедников Российских. Чтобы новомученики стали действительно близкими нам всем святыми. Они ходили по тем самым улицам, по которым мы с вами ходим. Они молились в тех самых храмах, в которых мы с Вами молимся до сих пор. И нередко мы даже пользуемся теми предметами, которыми пользовались они. И надо действительно постараться сравнить нашу жизнь с их жизнью. Они имели те же тяготы, как и мы с вами: какие-то сложности в личной жизни, в семейной жизни, им надо было решать какие-то бытовые вопросы так же, как и нам. Но они никогда не забывали, что главное - это поиск в жизни Царствия Небесного. И вот этого я желаю всем нам и всем вам.
Семья Парусниковых жила в Подмосковном тогда еще селе Раменское, отец Александр служил в храме Святой Троицы, а матушка Александра занималась домашним хозяйством, в семье было 9 человек детей. Отец Александр был арестован 24 марта 1938 года. В один из майских дней 1938 года отца Александра под конвоем повели на вокзал, чтобы отправить в Москву. 13-летняя дочь Татьяна увидела отца и побежала к нему, прижалась и, обхватив его руками, сквозь одежду почувствовала, как он исхудал. Батюшка положил руку на голову дочери, благословляя ее, улыбнулся и сказал: «Танюша, какая же ты стала большая». Конвоир отогнал девочку в сторону. Она поспешила домой, чтобы рассказать маме о встрече с отцом. Матушка Александра тут же кинулась к вокзалу, догнала отца Александра и сопровождавшего его конвоира. Все вместе они вошли в электропоезд. Милиционер освободил одно купе для арестованного. Спустя некоторое время он разрешил Александре Ивановне сесть рядом с отцом Александром. Весь оставшийся путь они тихо беседовали… Это был их последний разговор на этой земле.
Письмо отца Александра из тюрьмы матушке Александре: «Моя дорогая, ненаглядная Сашенька, здравствуй! Нас привезли заканчивать наше дело. До сих пор я совершенно не знал, за что я арестован и в чем меня обвиняют. Теперь выяснилось, что обвиняюсь я на основании свидетельских показаний. Некая П., которую я впервые увидел здесь, говорит, что она в 37 году была у нас уполномоченной от Гор. Совета, приносила подписку на займ, и я ей говорил, что все равно скоро будет война и всем большевикам свернут голову. А во время выборов агитировал и говорил, что это пустое. Но мне помнится, что на займ подписывалась ты в мое отсутствие, а во время выборов был кто-то знакомый. Еще свидетель Ж., которого я тоже не знаю, утверждает, что я проповедовал вечером около церкви народу 28 февраля, что скоро мы будем бить большевиков, резать, душить и вешать. 3-я говорит, что почти ежедневно ходил на фабрику в гости и говорил то же. Так видишь, все явная ложь и ее пришлось им искать почти два месяца. Теперь меня будут судить в Москве, когда, еще не знаю. Милая, заключение я переношу легко, но смертельно тоскую о вас, особенно о тебе. Я чувствую, без тебя я долго не проживу, а мне грозит в лагерь на 5 или 10 лет. После суда можно просить свидания. Прошу вас всех, любите друг друга, а Божие и мое благословение всегда с вами»
Письмо отца Александра из тюрьмы матушке Александре: «Дорогая Саша, спасибо тебе за то счастье, которое ты мне дала. Обо мне не плачь, это воля Божья. Долго без тебя не проживу. Очень тоскую по тебе. Целую, думаю»
Письмо отца Александра из тюрьмы детям: «Дети мои, всех вас целую и крепко прижимаю к сердцу. Любите друг друга. Старших почитайте, о младших заботьтесь. Маму всеми силами охраняйте. Бог вас благословит»
Письмо отца Александра из тюрьмы сыну Георгию, его жене Татьяне и их дочке Ире, которой было меньше года: «Юра, Таня дорогие прощайте, живите согласно. Я знаю, что вам будет тяжело, но помогайте матери, не покидайте ее, она без меня одна, обидеть ее легко. Я думаю, что вы у меня хорошие. Помните всегда об Ирочке, которую я целую и благословляю. Помните и обо мне, когда-нибудь получите весточку. Прощайте»
Письмо отца Александра из тюрьмы сыну Сергею: «Мой дорогой Сережа, прощай. Ты теперь становишься на мое место. Прошу тебя, не оставляй братьев и сестер и Бог благословит успехом во всех делах твоих. Тоскую по вас до смерти. Еще раз прощай»
Всего через несколько месяцев после этих писем отца Александра расстреляли на Бутовском полигоне под Москвой и похоронили в общей могиле.
Письмо Сергея матушке Александре: «Здравствуй милая мама! Сегодня получил от Санька письмо, в котором он сообщил о постигшем нас несчастии. Мама, но почему до сего времени никто мне не написал? Я все время ждал от вас письма и так не дождался. Мама, я знаю, что это очень тяжело, но ты, пожалуйста, не очень расстраивайся, ведь возможно, все обойдется по-хорошему. Ведь ты сама знаешь, что за папой ничего нет, кроме его религиозных убеждений, так что он не какой-нибудь преступник, все и обойдется. В отношении меня, так можешь быть уверена, я никогда вас не брошу, а наоборот, постараюсь сделать все, что смогу, чтобы ты и все мои браться и сестры были довольны. Мама, пожалуйста не стесняйся в деньгах, которые я тебе оставил… Также, мама, прошу тебя, пожалуйста, не стесняй ребят, ты, правда, их никогда особенно не баловала, но сейчас я тебя прошу, не надо отказывать, я думаю, что на это дело уйдет ведь не так много, а они будут довольны. В Москву я приеду числа 24-25 с/м, а поэтому прошу тебя написать мне как вы живете... Ну, мама, всего доброго, если что-нибудь будет нужно, пишите или телеграфируйте. Целую всех , Сергей. Ессентуки 5.04.38 г.»
Письмо матушки Александры сыну Сергею: «Дорогой Сережа! Прости, голубчик, пожалуйста, что я до сих пор не сумела тебе написать, но неожиданно налетел шквал и перевернул нашу семью вверх дном. Если ты получил письмо от Санька, то ты, наверное, уже знаешь, а если не получил, то могу тебе сообщить, что ты теперь остался единственной опорой всей нашей семьи. Папа еще в Раменском, но он уже не работник, да и не знаю, останется ли он тут. Сережа, тяжело писать на эту тему; давай поговорим лучше о твоих делах… Самочувствие наше тебе, я думаю, не чуждо, распространяться не приходится. Целуем тебя все. Пиши о себе. Твоя скорбящая мама»
Сергей сдержал обещание, до последних своих дней он заботился о матери, младших братьях и сестрах. Но жизнь его была недолгой — он умер от туберкулеза 3 апреля 1942 года, тогда ему был всего 31 год.
До 1946 года семья Парусниковых практически ничего не знала о судьбе отца Александра. «Осужден и отправлен в исправительно-трудовой лагерь без права переписки», и все…
Старшая дочь Надежда искала отца по всем московским тюрьмам, но безуспешно. Однажды на Лубянке, когда она в очередной раз, отстояв в очереди, подала в окошечко справку с фамилией отца, вдруг соседняя дверь открылась и ей сказали: «заходите». Надежда зашла и дверь за ней закрылась.
— Кто он вам?
— Отец.
— Мы не советуем вам больше его разыскивать.
Дверь открылась и она вышла, ее била дрожь. Она понимала, что сейчас вышла она каким-то чудом…
Лишь в 1946 году семье пришло письмо, написанное от руки на простом листке бумаги, о том что «Парусников Александр Сергеевич скончался в исправительно-трудовом лагере от рака желудка». Уже много лет спустя стало известно, что такие фиктивные извещения посылались многим, но в то время это было единственным сообщением семье о судьбе отца. Татьяна (младшая дочь отца Александра) рассказывала, что матушка Александра тогда так и не смогла поверить, что отца Александра нет в живых. Но матушка Александра написала об этом извещении старшему сыну Александру, который в то время уже жил отдельно со своей семьей в другом городе.
Письмо Александра матушке Александре: «Дорогая Мамочка! Вчера получил твое письмо с извещением о смерти дорогого, горячо любимого папки. Несмотря на то, что все мы предполагали о том, что его уже давно нет в живых, все же это известие поразило и горечью отозвалось в сердце, а на глаза вызвало слезы горести, утраты дорогого человека. Это печальное известие буквально парализовало все иные чувства и способности. Не клеилась работа, и все мысли сосредоточились только на этом, даже ответить немедленно на твое письмо я был не в состоянии. Сегодня утром достал его карточку и долго любовался его дорогими, близкими сердцу, родными чертами. Ты напрасно в письме напоминаешь мне о его любви ко мне. Конечно, до тех пор, когда я получил способности какого-нибудь мышления, мне знать интересно и нужно, но с тех пор, как я стал соображать, я прекрасно все помню, даже такие подробности далекого детства вызывают воспоминания о нем, что сам удивляешься, как они могли так запечатлеться в памяти. И вообще в жизни лично мне часто приходилось, да и не раз, наверное, придется еще его вспомнить. Он для меня был идеальным человеком. Не только отцом, но и учителем, а иногда и старшим товарищем, если вспоминаешь наши совместные прогулки и походы в лес и проч. И в трудные минуты жизни очень часто, когда положение казалось безвыходным, возникала мысль «а как бы поступил отец» или его выражение «А Бог-то» придавало надежды и сам старался быть спокойней и уверенней. И ты вполне права, говоря, что кому как не мне, больше, может быть, всех других сестер и братьев, скорбеть о его безвременной кончине. По-моему, не только мы, родные, но и всякий, кто знал его, перекрестится и скажет: «Упокой, Боже, с праведными душу его». Да! Он достоин этого, т. к. нет человека, которого бы он не утешил, не поддержал душевно, а может быть и физически, а тем более трудно найти такого, которому он пожелал бы зла, я лично никогда не слыхал от него такого в отношении кого-либо. В первый же свободный день схожу в церковь и отстою за него панихиду. Дорогой наш, милый папка, ты принял венец мученический за всех нас, теперь тебе покой вечный уготован. Поплакал немножко и над этим письмом (…) Крепко любящий тебя Александр. Целую тебя и всех сестренок. 21-е ноября 46 г.»
Матушка Александра до конца своих дней не верила, что отца Александра нет на этой земле, возможно, потому, что чувствовала его рядом, чувствовала его молитвенную помощь, особенно когда силы заканчиваются и помощи ждать больше неоткуда. После всех пережитых испытаний в одном из своих последних писем внучкам она напишет: "…Как тяжело лежать гнилым поленом, когда перед глазами жизнь идет своим чередом. Так и хочется встать и хоть чем-нибудь быть полезной, а сил нет — встану, пройдусь по комнате и опять на свое место… Нет, я счастливейший человек. Я в таком близкородственном окружении; все без исключения следят за каждым выражением моего лица, стараются помочь, кто чем может… Одного только я боюсь: заваляюсь долго и всем надоем своим лежачим состоянием. Ну, что Бог даст. Буду больше надеяться на Бога, а он меня не оставит…" (1958 г.) 11 октября 2001 г. семье Парусниковых пришло известие от канонизации отца Александра. На тот момент из девяти детей отца Александра в живых оставались только его две дочери — Татьяна и Екатерина.

Бутовский полигон. Фильм из цикла «Русские праведники»

Ссылка: https://www.youtube.com/watch?v=my4cNP6QLAs
 

ДЕНЬ СВЯТОЙ ТРОИЦЫ - престольный праздник в храме Святой Троицы города Раменское

При освящении православного храма ему даётся Господом Ангел-Хранитель, который не покинет его ни при каких условиях, даже если храм разрушен до основания...
В 1846г жители тогда еще села Троицкого Бронницкого уезда обратились с прошением к митрополиту Филарету Московскому за разрешением построить новую каменную церковь во имя Святой Троицы в селе Троицком-Раменском, что при озере Борисоглебском:
«С умножением числа прихожан Троицкая наша Церковь, по тесноте своей, ныне оказывается не вместительного. Посему имеем мы желание, не касаясь настоящей нашей Церкви, на приличном и удобном месте, в оном селе Троицком вновь соорудить каменный Трехпрестольный Храм».
К 1852 г. пятиглавый храм был построен и освящен во имя Святой Живоначальной Троицы, а бывшую Троицкую церковь тогда же переименовали во имя Святых Благоверных Князей Бориса и Глеба. Но уже в 1885г прихожане снова обращаются в Консисторию с желанием расширить пятиглавый храм, добавив к нему два предела и колокольню: «…с постепенным увеличением народонаселения села Раменского в здешнем храме, построенном в 1852году при богослужении становится все теснее и теснее и в настоящее время, когда народонаселение прихода почти удвоилось храм уже не может вмещать всех желающих присутствовать при богослужении. Поэтому промышленное и торговое Товарищество «П.Малютин и сыновья» изъявляет намерение для увеличения храма сделать на свои средства пристройку с западной стороны его…». Строительство было закончено в 1889г. и в храме продолжались богослужения до 1938года... В послевоенное время в здании церкви располагались пивоваренный завод, макаронная фабрика, цех безалкогольных напитков. В 1950-е гг. были разобраны пятиглавие храма и верхний ярус колокольни.
И только 30 лет назад в 1989г храм Святой Троицы был возвращен верующим.
В Судный День Ангел храма будет свидетельствовать пред Господом о людях, чьи судьбы неразрывно связаны с судьбой доверенной ему церкви…

 

Памяти диакона Иоанна Парусникова

14 мая на 42-м году жизни отошел ко Господу клирик Богородице-Смоленского Новодевичьего монастыря диакон Иоанн Парусников.
Иван Николаевич Парусников родился 10 апреля 1978 года в г. Москве в многодетной семье священнослужителя протоиерея Николая Парусникова и Ольги Константиновны Парусниковой (Василевской). Священномученик протоиерей Александр Парусников, погребенный на Бутовском полигоне, был прапрадедом отца Иоанна.
В 1994 году Иван Николаевич окончил среднюю школу №346 Бауманского района г. Москвы, в 1996 году – профессиональное училище №17 по специальности «слесарь по ремонту и обслуживанию холодильного оборудования», в 2000 году – Государственное музыкальное училище имени Гнесиных по специальности «пение академическое», в 2006 – Государственный музыкально-педагогический институт имени М.М. Ипполитова-Иванова по специальности «вокальное искусство».
С 12 лет Иван прислуживал в алтаре и иподиаконствовал во время архиерейских богослужений в храме Воскресения словущего на Успенском Вражке. С 1999 года нес послушания алтарника, певчего, звонаря и водителя в храме Живоначальной Троицы у Салтыкова моста г. Москвы, где его отец был настоятелем.
14 октября 2012 года в храме иконы Божией Матери «Нечаянная Радость» поселка Санатория «Подмосковье» Домодедовского района митрополитом Ювеналием Иван Николаевич был рукоположен во диакона и назначен клириком Богородице-Смоленского Новодевичьего монастыря.
В 2014 году отец Иоанн был удостоен права ношения двойного ораря, стал старшим диаконом Новодевичьей обители и ответственным за прохождение богослужебной практики новорукоположенных в диаконский сан священнослужителей Московской епархии.
Диакон Иоанн Парусников обладал уникальным голосом, пользовался глубоким уважением клириков и прихожан монастыря, отличался великодушием, добротой, искренностью и отзывчивостью.
Господь да упокоит новопреставленного диакона Иоанна в селениях праведных! Вечная ему память.
Отпевание отца Иоанна совершит митрополит Ювеналий в Успенском храме Новодевичьего монастыря 17 мая в 11-00.

Соболезнование митрополита Ювеналия
супруге диакона Иоанна Парусникова в связи с его кончиной:
=ДОРОГАЯ ЛЮДМИЛА ВЯЧЕСЛАВОВНА!
ВЫРАЖАЮ ГЛУБОКОЕ СОБОЛЕЗНОВАНИЕ ВАМ, А ТАКЖЕ РОДНЫМ И БЛИЗКИМ В СВЯЗИ СО СКОРОПОСТИЖНОЙ КОНЧИНОЙ ВАШЕГО СУПРУГА.
ОТЕЦ ИОАНН ЯВЛЯЛ ПРИМЕР РЕВНОСТНОГО СЛУЖИТЕЛЯ АЛТАРЯ ГОСПОДНЯ, ПОЛЬЗОВАЛСЯ ЗАСЛУЖЕННЫМ АВТОРИТЕТОМ СРЕДИ МОЛОДЫХ СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛЕЙ, ПРОХОДИВШИХ СТАВЛЕННИЧЕСКУЮ ПРАКТИКУ В НОВОДЕВИЧЬЕМ МОНАСТЫРЕ.
ДИАКОН ИОАНН ОСТАНЕТСЯ В ПАМЯТИ КАК СВЕТЛЫЙ И ОТЗЫВЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК С ЧИСТЫМ СЕРДЦЕМ, ГОТОВЫЙ ПОМОЧЬ КАЖДОМУ.
ГОСПОДЬ ДА УПОКОИТ СВОЕГО ВЕРНОГО СЛУЖИТЕЛЯ В СЕЛЕНИЯХ ПРАВЕДНЫХ И СОТВОРИТ ЕМУ ВЕЧНУЮ ПАМЯТЬ! МОЛЮСЬ О УПОКОЕНИИ ЕГО БЕССМЕРТНОЙ ДУШИ.
Источник: сайт Московской епархии Русской Православной Церкви http://www.mepar.ru/news/2019/05/14/39148/
Диакон Иоанн Парусников. Патриаршая Божественная Литургия 26 октября 2018 в Ново-Девичем монастыре. Видеозапись: https://vk.com/video152542263_456239303
 

На Благовещение есть красивый старинный обычай – выпускать на волю птиц. В народе считалось, что птички, выпущенные на волю, станут ходатаями за человека перед Богом, попросят за того, кто дал им свободу. Забытый в 20-м веке, этот обычай стал возрождаться с
конца минувшего столетия вместе с возрождением Церкви.
В семье отца Александра Парусникова тоже была традиция выпускать птиц. Дочь отца Александра Татьяна рассказывала, что еще осенью
или зимой родители покупали детям птичку – чаще всего это был снегирь. Он жил в доме всю зиму, дети кормили и ухаживали за ним.
На Благовещенье всей семьей ехали в поле и там выпускали. Выпускали торжественно – дети читали стихи, потом самый младший
должен был открыть клетку и выпустить птичку. Татьяна Александровна вспоминала, как ее младший брат Миша плакал и
говорил, что не хочет расставаться со своим дорогим другом: «видишь, мама, он не хочет улетать, давай его оставим». Но птичка
всегда улетала на волю.
Раньше считалось, что содержание маленьких птичек в неволе зимой помогает им пережить холодное время года в более хороших условиях.
Но теперь мы знаем, что маленькие лесные птички, выпускаемые в городе, не могут быстро адаптироваться после долгого сидения в
клетке и могут погибнуть. Поэтому теперь принято выпускать голубей, которые полетав вокруг, возвращаются к себе домой.

Спустя более 80 лет традиция выпускать птиц вернулась в Раменское. В этом году после службы в день Благовещения Пресвятой Богородицы
настоятель Троицкого храма с другими священниками и прихожанами выпустили голубей.

В чужбине свято наблюдаю
Родной обычай старины:
На волю птичку выпускаю
При светлом празднике весны.
Я стал доступен утешенью;
За что на бога мне роптать,
Когда хоть одному творенью
Я мог свободу даровать!
(Птичка А. С. Пушкин 1823)

Вчера я растворил темницу
Воздушной пленнице моей:
Я рощам возвратил певицу,
Я возвратил свободу ей.
Она исчезла, утопая
В сиянье голубого дня,
И так запела, улетая,
Как бы молилась за меня.
(Птичка Ф. Туманский 1827)
 

7 марта — день памяти священномученика Сергия Белокурова

Сергий родился 24 сентября 1880 года в городе Волоколамске Московской губернии в семье псаломщика Ивана Белокурова, служившего в городском Воскресенском соборе. В 1895 году Сергей Иванович окончил Волоколамское духовное училище, в 1902 году – Вифанскую Духовную семинарию и поступил учителем в церковноприходскую школу при Иосифо-Волоколамском Успенском мужском монастыре.
В 1904 году умер отец Сергея Ивановича, который был к тому времени уже за штатом, и в этом же году Сергей Иванович был рукоположен во диакона и стал служить в Троицкой церкви в селе Раменском.
Сергей Иванович активно занимался преподавательской деятельностью: с 1904 г. в течение 10 лет он служил законоучителем в Раменском фабричном училище, а с 1907-го — в Дергаевском земском училище и три года безвозмездно преподавал Закон Божий фабричным рабочим.
В 1919 г. диакон Троицкого храма Сергий Белокуров был рукоположен во священника. Вскоре после хиротонии отца Сергия призвали на службу в ряды Красной армии, но он стал ходатайствовать об освобождении его от военной службы. Знания по медицине, приобретенные в Вифанской духовной семинарии, отец Сергий успешно применял на практике, исцеляя не только души прихожан как священник, но и их тела. Прошение поддержали прихожане Троицкой церкви – они писали в прошении, что иерей Сергий не только священник, но и хороший врач, который часто оказывал медицинскую помощь многим жителям Раменского и его окрестностей. При нехватке медперсонала люди просили оставить им священника Сергия как доктора.
Тогда в июле 1920 года суд постановил освободить священника Белокурова от военной службы и отец Сергий продолжил служить в храме. Прихожане любили своего батюшку за готовность оказать помощь страждущему в любое время, за доброту и бескорыстие.
Вначале 1930-х гг. отец Сергий служил уже в сане протоиерея.
В середине 1930-х гг., когда гонения власти на Православную Церковь по всей России усилились.
7 февраля 1938 начальник Раменского отделения НКВД допросил
работавшую осведомительницей жительницу Раменского, которая о
священнике Сергии Белокурове показала: «Я живу в фабричных корпусах и вижу священника Белокурова в фабричных корпусах почти ежедневно. К кому он ходит, я не знаю... Я с ним поздоровалась и спросила: “Где же вы были в гостях?” Он мне ответил: “Я был у своих”, но у кого, не сказал. Причем добавил: “Жить надо спешить, ведь все равно если не сегодня, то завтра советская власть задавит”. Я ему ответила, что это ерунда, наоборот, советская власть ведет к веселой и радостной жизни. На это он мне ответил: “Это вам только говорят; хорошая, радостная жизнь в Кремле, рабочему Сталин хорошей жизни не даст”»
20 февраля 1938 г. после оговоров двух лжесвидетельниц была составлена справка на арест «служителя культа Белокурова Сергея Ивановича». В ней говорилось: «Будучи настроенным против советской власти, священник Белокуров имеет тесную связь с другими служителями культа по совместной службе в церкви г. Раменское, с которыми неоднократно собирались в сторожке, где Белокуров выражал свое недовольство советской властью, систематически проводил контрреволюционные и антисоветские высказывания».
22-го отец Сергий был арестован и помещен в камеру предварительного заключения при раменскоймилиции.
23 февраля 1938 г. было принято постановление о привлечении С. И. Белокурова в качестве обвиняемого по ст. 58 п. 10 УК и взятии его под стражу. Отца Сергия поместили в камеру предварительного заключения при раменской милиции.
25 февраля 1938 г состоялся первый и единственный допрос отца Сергия:
– Как часто вы, Парусников и Фетисов собирались в церковной сторожке?
– В церковной сторожке мы собирались после каждой обедни.
– Какие вопросы вы обсуждали в церковной сторожке?
– Обыкновенно вопросы служебного характера. В феврале, числа какого не помню, мы, отслужив обедню, собрались в церковной сторожке, где стали обсуждать вопрос о присланном нам непосильном налоге.
– Скажите, какое недовольство выразили вы во время подписки на заем?
– На заем я не подписался лишь потому, что у меня и так много сделано
подписок на заем. Недовольства не выражал.
– Как часто вы бываете в рабочих корпусах фабрики «Красное знамя» и
других местах?
– Ходил в корпуса и другие места по требованию верующих, близких
знакомств и связей не имею.
– Признаете ли вы себя виновным в антисоветских разговорах в церковной сторожке и других местах?
– Виновным себя не признаю.

На этом следствие по делу Сергея Ивановича Белокурова было завершено.
27 февраля 1938 г. отцу Сергию предъявили обвинение в том, что он «вел активную контрреволюционную деятельность, распространял гнусную контрреволюционную клевету против советской власти и ее руководителей, высказывал террористические настроения против членов советского правительства и руководителей ВКП(б)». Далее следовало постановление о передаче следственного дела по обвинению Сергея Ивановича Белокурова на рассмотрение тройки. В тот же день обвинительное заключение было рассмотрено тройкой, которая незамедлительно вынесла свое решение: Белокурова Сергея Ивановича, обвиняемого в контрреволюционной террористической агитации — расстрелять.
Ни вещественных доказательств, ни очных ставок, лишь сплетни двух лжесвидетельниц, которых оказалось достаточно для самого страшного приговора. Время до исполнения приговора арестованный священник провел в камере Таганской тюрьмы.

Сергей Иванович Белокуров был расстрелян 7 марта 1938 г. на Бутовском полигоне под Москвой, где и похоронен в общей могиле.

26 декабря 2002 г. Архиерейским Собором Русской Православной Церкви иерей Сергий Белокуров был причислен к лику святых новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания.

 

7 марта 1938г на Бутовском полигоне были расстреляны два священника Троицкого храма г. Раменского - настоятель отец Николай Фетисов и отец Сергий Белокуров.

В 30-е годы Раменские сотрудники НКВД развернули активную работу по сбору информации о якобы контрреволюционной и антисоветской деятельности священников Троицкого храма…С февраля по март 1938 годы были арестованы все священники, а Троицкий храм закрыли на долгие годы…
Протоиерей Николай Фетисов был назначен настоятелем Троицкого храма в г. Раменское в 1935 г. Новый настоятель жил в церковной сторожке. На четвертом году служения отца Николая в Троицком храме местные органы НКВД приступили к сбору компрометирующей информации о клире этой церкви. Начались допросы осведомителей, особое внимание на которых следователи уделяли якобы контрреволюционной и антисоветской деятельности настоятеля храма отца Николая Фетисова. И «очевидцы» таковой «деятельности» священника находились.
На допросе 13 февраля 1938 г. свидетельница Ж. сообщила: «В первых числах февраля месяца 1938 г. в сторожке собирались служители культа попы, как то Парусников Александр Сергеевич, Белокуров Сергей Иванович и Фетисов Николай Николаевич. (…) Священник Фетисов сказал: вот видите, Сталинская конституция говорит о равноправии нас наравне со всеми, но все-таки получается наоборот, этим налогом нас выживают из нашей православной веры христианской». На вопрос следователя, часто ли читают проповеди в церкви и кто именно, свидетельница ответила, что в настоящее время проповеди не читают, но ранее их произносил Фетисов, призывая верующих не бросать христианскую веру, Божий храм, а ходить в церковь молиться и веровать в Бога.
20 февраля 1938 г. следственными органами была составлена справка на арест священника Николая Фетисова. В ней говорилось, что, «будучи враждебно настроен против советской власти, настоятель церкви священник Фетисов имеет тесную связь с другими служителями культа. (…) Часто в сторожке у Фетисова собираются служители культа Белокуров, Парусников и ведут антисоветские разговоры». Далее приводились выдержки из показаний свидетелей. На основании вышеизложенного было принято решение о том, что Николай Николаевич Фетисов подлежит аресту.
23 февраля в сторожке, где проживал отец Николай, в присутствии понятых уполномоченные произвели обыск, в результате которого были конфискованы: серебряная дароносица, Библия и личная переписка священника. Вслед за этим арестованного протоиерея доставили в камеру предварительного заключения при Раменской милиции.
Единственный допрос протоиерея Николая Фетисова состоялся 26 февраля.
— Как часто вы и другие священники собирались в сторожке и какие между вами велись разговоры?
Отец Николай ответил, что в большинстве случаев священники и псаломщики Троицкого храма приходили в сторожку после богослужения, чтобы обогреться и выпить чаю.
— Я находился в своей комнате в этой же сторожке, иногда выходил к ним по силе надобности. В январе месяце, будучи в церковной сторожке, мы обсуждали вопрос о разделении накопленных денег, лежащих в сбербанке, в связи с уходом в больницу священника Белокурова. На этом собрании я лично никакого недовольства на мероприятия советской власти и Сталинской Конституции не выражал.
— Следствию известно, — продолжал следователь, — что на собрании, где обсуждался вопрос о разделе накопленных средств, священники Парусников и Белокуров вели антисоветские разговоры.
— Я лично разговоров со стороны Парусникова и Белокурова не слыхал, — решительно ответил отец Николай.

27 февраля 1938 г. было составлено обвинительное заключение по следственному делу Николая Николаевича.
В отношении протоиерея Николая выдвигались следующие обвинения: «ведет среди граждан, посещающих церковь, и на улице активную контрреволюционную деятельность, распространяет гнусную контрреволюционную клевету против партии и советской власти. Выступает в защиту других священников, сослуживцев, также ведущих антисоветскую контрреволюционную деятельность, направленную на свержение советской власти и реставрацию царизма» и т. д.
27 февраля 1938 г. тройка при управлении НКВД СССР по Московской области обвинила Николая Николаевича Фетисова в контрреволюционной агитации и приговорила к высшей мере наказания — расстрелу.

Сергей Иванович Белокуров поселился в Раменском с 1904 г. после рукоположения во диакона и назначения служить в раменскую Троицкую церковь.
Вся его дальнейшая жизнь, вплоть до мученической кончины, протекала на тихой Поповской улочке между двух церквей, рядом с Борисоглебским озером.
В свободное от службы в храме время Сергей Иванович занимался преподавательской деятельностью: с 1904 г. в течение 10 лет он служил законоучителем в Раменском фабричном училище, а с 1907-го — и в Дергаевском земском училище и три года безвозмездно преподавал Закон Божий фабричным рабочим.
В 1919 г. диакон Троицкого храма Сергий Белокуров был рукоположен во священника. Вскоре после хиротонии отца Сергия призвали на службу в ряды Красной армии, но он стал ходатайствовать об освобождении его от военной службы. Знания по медицине, приобретенные в Вифанской духовной семинарии, отец Сергий успешно применял на практике. Поэтому прошение поддержали и прихожане Троицкой церкви, при нехватке медперсонала люди просили оставить им священника Сергия как доктора.
Тогда в июле 1920 года суд постановил освободить священника Белокурова от военной службы и отец Сергий продолжил служить в храме. Прихожане любили своего батюшку за готовность оказать помощь страждущему в любое время, за доброту и бескорыстие.
Вначале 1930-х гг. отец Сергий служил уже в сане протоиерея.
20 февраля 1938 г. после оговоров двух лжесвидетельниц была составлена справка на арест «служителя культа Белокурова Сергея Ивановича». В ней говорилось: «Будучи настроенным против советской власти, священник Белокуров имеет тесную связь с другими служителями культа по совместной службе в церкви г. Раменское, с которыми неоднократно собирались в сторожке, где Белокуров выражал свое недовольство советской властью, систематически проводил контрреволюционные и антисоветские высказывания».
23 февраля 1938 г. было принято постановление о привлечении С. И. Белокурова в качестве обвиняемого по ст. 58 п. 10 УК и взятии его под стражу. Отца Сергия поместили в камеру предварительного заключения при Раменской милиции.
25 февраля 1938 г. состоялся первый и единственный допрос отца Сергия. На все обвинения отец Сергий ответил: «Виновным себя не признаю».
На этом следствие по делу Сергея Ивановича Белокурова было завершено.
27 февраля 1938 г. отцу Сергию предъявили обвинение в том, что он «вел активную контрреволюционную деятельность, распространял гнусную контрреволюционную клевету против советской власти и ее руководителей, высказывал террористические настроения против членов советского правительства и руководителей ВКП(б)». Далее следовало постановление о передаче следственного дела по обвинению Сергея Ивановича Белокурова на рассмотрение тройки. В тот же день обвинительное заключение было рассмотрено тройкой, которая, не вникая в суть дела и не видя обвиняемого, незамедлительно вынесла свое решение: Белокурова Сергея Ивановича, обвиняемого в контрреволюционной террористической агитации, — расстрелять.

Более подробно о жизни отца Сергия Белокурова и отца Николая Фетисова можно прочитать в книге В. В. Никонова и Н. П. Ушатовой «За Христа претерпевшие. Церковь и политические репрессии 1920—1950 гг. на территории Раменского района Московской области».

 
 

11 декабря - день памяти митрополита Серафима Чичагова

«Наше внутреннее преображение возможно также при самых тяжелых условиях жизни, ибо оно требует только молитвенного единения со Христом и безропотного несения своего креста»
(митрополит Серафим Чичагов в слове на праздник Преображения Господня)
Митрополит Серафин в последние годы жил на нашей Раменской земле в поселке Удельная. В ноябре 1937 года он был арестован. Прикованного к постели 82-летнего святителя вынесли из дома на носилках и на машине «скорой помощи» он был доставлен в Таганскую тюрьму.
11 декабря митрополит Серафим был расстрелян на полигоне Бутово под Москвой.
Прославлен в лике священномучеников на Архиерейском Соборе 1997 года.
9 декабря в Троицком храме поселке Удельная состоялся традиционный "Чичаговский вечер". В последние годы он превратился уже в своеобразные "Серафимовские вечера" или чтения, где говорят о самом митрополите Серафиме, о новомучениках, об истории Церкви в 20 веке, истории храмов, а также исполняются фортепианные произведения митрополита Серафима.
«Сила не в силе, а сила в любви» (митрополит Серафим Чичагов)
 

24 ноября состоялась первая паломническая поездка из планируемого цикла поездок «Храмы Раменского района».

Паломники Троицкого храма посетили три храма:
- храм Димитрия Солунского в селе Малахово
- храм Смоленской иконы Божией Матери в селе Кривцы
- храм Никиты-воина в селе Софьино

Храм Димитрия Солунского, село Малахово
После молебна и панихиды, которую служил настоятель храма отец Андрей (Подорванов), местный краевед и алтарник храма Михаил Автономов рассказал об истории храма, о чудотворной Иерусалимской иконе Божией Матери, об иконе Божией Матери «Отрада и Утешение», о кровоточивой иконе Иоанна Крестителя, об иконе Льва Катанского, об очень редкой иконе Божией Матери «На аспида и василиска наступиши и попереши льва и змия» и еще о многом другом. Увлекательный рассказ Михаила хотелось слушать еще и еще, но нас уже ждали в Кривцах, поэтому пришлось попрощаться с этим замечательным храмом и его служителями и ехать дальше.

Храм иконы Божией Матери Смоленской, село Кривцы
По дороге в село Кривцы наш экскурсовод Вадим Вадимович Никонов познакомил всех с историей села. В самом храме нас встретил отец Александр (Мучнов), который рассказал про историю храма, о его непростой судьбе как в прошлом, так и в настоящее время. В храме не прекращались службы, сохранились удивительные иконы и старинные росписи, которые, к сожалению, постепенно утрачиваются и требуют серьезной и дорогостоящей реставрации. 300 лет тут молятся православные христиане, и из этого крохотного храма не хотелось уходить.

Храм Великомученика Никиты-воина, село Софьино
В храме Святого Никиты нас встретил отец Александр (Бабушкин). Он рассказал нам о паломничестве, о святом Никите, о селе Софьино, о храме и его святынях. Справа от входа в храм на северной стене находится Новоникитский образ Божией Матери – это один из древнейших образов Божией Матери, она явилась Никите-воину, после чего он крестился и в последствии принял мученический венец. В храме находится «Семейный Животворящий Крест» – это собранные вместе иконы святых-покровителей семьи. Около храма установлен крест-копия Животворящего Креста Господня, сохраняемого в селе Годеново.
Под звон колокола, зовущего жителей села Софьино к вечерней службе, мы покинули и этот чудесный храм, чтобы вернуться и поделиться впечатлениями со своими родными и принести им хоть немного тепла их этих замечательных храмов, в которых мы побывали.
 

Церковь святых Бориса и Глеба — один из первых каменных храмов Раменского района, именно ее колокольня изображена на гербе г. Раменское сегодня.

Еще в XIV веке на западном берегу Борисоглебского озера стоял деревянный храм Бориса и Глеба. В 1626 году в церковных письменных источниках упоминался в Раменской волости погост с деревянной церковью во имя святых Бориса и Глеба при озере Борисоглебском. На погосте находились дворы священнослужителей — священника и двух причетников.
В 1706 году, во время царствования Петра I, на дворцовом погосте у Борисоглебского озера в Раменской волости была построена новая деревянная церковь, получившая именование в честь Святой Троицы, с приделом святых Бориса и Глеба. А погост, что при озере Борисоглебском, по именованию церкви стал называться селом Троицким или Новотроицким. В 1710 г. Петр I отдал дворцовую Раменскую волость в Московском уезде «с селами, деревнями и со всеми угодьями» в оброчное содержание, а затем, в 1722 г., в вечное владение графу Ивану Алексеевичу Мусину-Пушкину. С приобретением обширного имения граф Иван Алексеевич решил вместо деревянной церкви построить новый каменный храм во имя Святой Живоначальной Троицы с Борисоглебским приделом. В 1725 г. в указе Синодального Казенного приказа отмечено: «сентября в 21 день, запечатан указ о строении церкви тайному действительному советнику и сенатору графу Ивану Алексеевичу Мусину-Пушкину, велено в Московском уезде в вотчине его, в селе Новотроицком, вместо ветхой деревянной Троицкой церкви, построить в том же селе вновь церковь во имя Живоначальныя Троицы каменную». Строительство этой церкви осуществил его сын — граф Платон Иванович Мусин-Пушкин. В 1725-1730 гг. на восточном берегу Борисоглебского озера граф Платон Иванович выстроил первую в волости каменную церковь. Освятили ее во имя Троицы Живоначальной, в народе она долгое время называлась «Белой».
С 1768 г. имение перешло к Михаилу Никитичу Волконскому. В середине XVIII века в селе Новотроицком была только церковь и одна улица вдоль озера. Князь Михаил Никитич Волконский в 1770-80-е гг. начинает активно обустраивать усадьбу: выкупает землю у церковного причта, строит рядом с Троицким храмом двухэтажный «охотничий» дом, закладывает плодовый сад, разбивает регулярный парк, первоначально выходивший на реку Чернавку, на берегу Борисоглебского озера устраивает обширный пейзажный парк с редкими для средней полосы деревьями, в лесной части парка (в километре от усадебного дома) у восьми просек размещает зверинец, в котором содержались лоси, косули, кабаны, зайцы, белки. На территории усадьбы были построены вотчинная контора, молочная ферма, конюшня, псарня, скотный двор, паровая мельница, свинарник, оранжерея и пр. Остатки этого парка существуют и сегодня как городской парк г. Раменского.
В 1847-1852 гг. на средства владельцев Раменской бумагопрядильной фабрики потомственных почетных граждан братьев Малютиных, при поддержке помещицы княгини А. А. Голицыной, на новом месте по соседству со старой церковью был возведен каменный пятиглавый храм. Его освятили во имя Троицы Живоначальной, а прежнюю «Белую» Троицкую церковь переосвятили во имя благоверных князей Бориса и Глеба. В 1840-х гг. причт храмов состоял из двух священников, диакона, дьячка и пономаря. А с 1884 г. по штату определено уже три священника, один диакон, три псаломщика и три просфорницы. К приходу в эти годы относились здания: дом священника, деревянная на каменном фундаменте церковно-приходская школа.
В 1877 г. староста храмов Николай Павлович Малютин инициировал покупку нового большого колокола для Борисоглебского храма. Но когда новый колокол был отлит, оказалось, что он слишком тяжел для старой колокольни, тогда возникла идея пристроить колокольню при Свято-Троицком храме и одновременно расширить его.
В 1899-1900 гг. на средства Товарищества «П. Малютин и сыновья» в Борисоглебской церкви были выполнены ремонтные работы и проведено отопление. Проектные работы по отоплению церкви выполнил московский архитектор Г. А. Кайзер. С 1900 г. Борисоглебская церковь стала теплым (т. е. зимним) храмом.
В 1918 г. причт Троицкого и Борисоглебского храмов состоял из трех священников, двух диаконов, трех псаломщиков и трех просфорниц. После революции церковная земля по декрету Советской власти была конфискована, закрыта церковно-приходская школа и запрещено преподавание Занона Божьего в школах. Усадьба князей Голицыных-Прозоровских была национализирована и получила название «Народное имение». В 1920-е гг. было утрачено большинство усадебных построек: какие-то из них были разобраны, некоторые сгорели. Усадебный парк на берегу Борисоглебского озера только частично сохранился до наших дней.
В 1922 г. во время государственной кампании по конфискации церковных ценностей в пользу голодающих Поволжья Комиссия Помгола по Бронницкому уезду в числе других церквей Раменской волости произвела конфискацию в Свято-Троицкой и Борисоглебской церквах. Несмотря на то, что приходской совет пожертвовал в пользу голодающих серебряные вещи из церковной ризницы, в том числе была отдана старинная серебряная риза с иконы Святой Троицы, Комиссия затем вывезла из двух храмов еще серебряных вещей весом 1 пуд 17 фунтов 26 золотников, в состав которых входили украшения икон, богослужебных книг, напрестольные кресты, 4 комплекта богослужебных сосудов, дарохранительницы, лампады, кадила.
В 1926 г. причт Раменских храмов состоял из трех священников (Родион Смирнов, Александр Парусников и Сергий Белокуров), одного диакона (Сергий Соловьев) и трех псаломщиков (Василий Рождественский, Семен Дроздов и Федор Поляков).
В 1928 г. Бронницкий уездный комитет ВКП(б) инициировал перед московскими властями вопрос о закрытии Борисоглебской церкви в Раменском для организации в этом здании музея местного края, мотивируя это тем, что «… церковь совершенно не используется верующими (проходит одна служба в год). А в то время как ценные экспонаты музея местного края свалены за отсутствием помещения в сарае и местные организации не имеют возможности развернуть работу музея». Верующие города Раменское подали апелляционную жалобу против закрытия храма в Президиум Моссовета и добились временного приостановления принятия решения о закрытии «Белой» церкви в Раменском. Однако в 1929 г. по постановлению Президиума Московского областного исполкома и Совета РК и КД Борисоглебская церковь была закрыта и перестроена, в ее здании на долгое время разместился районный краеведческий музей.
В 1955-1956 гг. общиной верующих города Раменское были поданы ходатайства о передаче Борисоглебского храма под богослужения, но уполномоченный при Мособлисполкоме по делам Русской Православной Церкви А. А. Трушин отказал в этой просьбе.
В мае 1980 г. в исполком Раменского горсовета было подано новое ходатайство верующих жителей города Раменское о передаче им здания бывшей Борисоглебской церкви для совершения богослужений. Однако снова был получен отказ.
В 1999 г. была зарегистрирована община верующих Борисоглебской церкви, но районный краеведческий музей по-прежнему занимал церковное здание. С 2000 г. во дворе храма начали совершаться регулярные молебны и только в 2005 г. Борисоглебская церковь была передана общине верующих. В 2007-2009 гг. в храме проводились ремонтные работы.
Сейчас по выходным и на престольные праздники там совершаются богослужения, с 2018 г. Борисоглебский храм стал открыт для посещения с 8:00 до 18:00 (в храме можно заказать требы, приобрести свечи, книги и церковную утварь).
Попасть на территорию храма можно, поднявшись из городского парка по лестнице, сохранившейся еще со времен княжеского парка, или со стороны улицы Первомайской.
В подготовке статьи использованы материалы статей и фотографии из архива раменского краеведа М. Д. Соколова, а также историческая часть проекта «Проект зон охраны объекта культурного наследия регионального значения — церкви Святой Троицы, 1847-1852 гг., 1885-1888 гг.»
 

Хрупкое счастье и яблоки

В семье Парусниковых сохранились две фотографии, на которых семья собирает яблоки. Это примерно 1910-1911 г. — отец Александр с матушкой живут в доме, где он родился и вырос, где родилась и выросла его мать Александра Герасимовна. За домом у Парусниковых — старый сад, как у многих раменских жителей в те годы. В семье отца Александра и матушки Александры пока только двое детей, Александр и Сергей. Но назвать жизнь их семьи легкой даже тогда было нельзя: недавно горел дом. Тогда только благодаря Божьей помощи все остались живы. Потом, стараниями всех братьев и сестер отца Александра, благодаря их дружной семье, меньше чем за год на том же месте появился новый дом, который мы видим и в наши дни. Смотришь на эти снимки и думаешь, что тогда, в 1911 г., им кажется, что самое страшное — это пожар, а его они уже пережили. Они не знают, что впереди им предстоят тяжелые годы лишений, репрессий и войны. Сейчас они вместе и счастливы.
"Дорогая Саша, спасибо тебе за то счастье, которое ты мне дала. Обо мне не плачь, это воля Божья. Целую, думаю", — через 27 лет напишет в последнем письме отец Александр своей Сашеньке. Всего через несколько месяцев после этого письма его расстреляют на Бутовском полигоне под Москвой и похоронят в общей могиле, а между могилами посадят яблоневый сад, вероятно, чтобы никто не догадался о том, что там происходило, чтобы стереть нашу память.
Матушка до конца своих дней не будет верить, что его нет на этой земле, возможно, потому, что будет чувствовать его рядом, чувствовать его молитвенную помощь, особенно когда силы заканчиваются и помощи ждать больше неоткуда. После всех пережитых испытаний в одном из своих последних писем внучкам она напишет: "…Как тяжело лежать гнилым поленом, когда перед глазами жизнь идет своим чередом. Так и хочется встать и хоть чем-нибудь быть полезной, а сил нет — встану, пройдусь по комнате и опять на свое место… Нет, я счастливейший человек. Я в таком близкородственном окружении; все без исключения следят за каждым выражением моего лица, стараются помочь, кто чем может… Одного только я боюсь: заваляюсь долго и всем надоем своим лежачим состоянием. Ну, что Бог даст. Буду больше надеяться на Бога, а он меня не оставит…" (1958 г.)
Прошло много лет, а в саду Парусниковых и сейчас в августе собирают и раздают всем яблоки, в Троицкий храм снова приходит народ на богослужения, а на Бутовском полигоне растут яблони. И мы просим отца Александра быть рядом, чтобы укрепить нас во всех наших делах. Мы надеемся, что его молитвы за нас перед Богом помогут нам достойно пережить все, что нам еще предстоит в нашей земной жизни.
 

День памяти новомучеников Раменских

1 июля митрополит Ювеналий посетил с архипастырским визитом Троицкий храм города Раменское, где возглавил торжества, посвященные дню памяти новомучеников Раменских.
За Божественной литургией Его Высокопреосвященству сослужили секретарь Московского епархиального управления протоиерей Михаил Егоров, благочинный Раменского церковного округа и настоятель Троицкого храма игумен Никодим (Лунев), настоятель Михаило-Архангельского храма села Михайловская Слобода архимандрит Иринарх (Денисов), благочинные церковных округов Московской епархии: Балашихинского – протоиерей Димитрий Мурзюков, Истринского – протоиерей Димитрий Подорванов, Егорьевского – протоиерей Сергий Кожевников, Богородского – протоиерей Марк Ермолаев, Бронницкого – священник Сергий Себелев, духовенство Раменского благочиния.
На богослужении молились глава Раменского района А.Н. Кулаков, глава города Бронницы В.В. Неволин, исполняющий обязанности главы Ленинского района В.Н. Венцаль, председатель совета депутатов Раменского района В.Ф. Демин, президент Московского областного научно-исследовательского института акушерства и гинекологии В.И. Краснопольский.
За Божественной литургией митрополит Ювеналий рукоположил студента КДС диакона Марка Рожнова во пресвитера.
По окончании богослужения было совершено славление новомученикам Раменским, после чего с приветственным словом к митрополиту Ювеналию обратился игумен Никодим (Лунев): «Ваше Высокопреосвященство, дорогой Владыка! Мы сегодня с радостным сердцем и трепетом встречаем Вас в этом городе в день памяти новомучеников Раменских! Это день, когда мы чтим своих святых, наших земляков, которые были прославлены Церковью и сохранили верность православию, несмотря на мучения и гонения. И сегодня мы просим их, чтобы они продолжали оставаться нашими молитвенниками и предстателями. Когда мы совершаем их память, смотрим на образ священномучеников Александра и Сергия Раменских, мы, Владыка, всегда вспоминаем, что составление их жития и их канонизация произошли при Вашем участии. Ваши труды помогли нам узнать имена святых Раменской земли, тех угодников Божиих, которые молятся о нас Господу. На память о сегодняшнем дне и о Вашем визите в город Раменское разрешите преподнести Вам икону священномучеников Александра и Сергия. Дорогой Владыка, наши прихожане готовились к сегодняшнему дню и ждали вас. Конечно, каждый не может подойти Вас поздравить, но мне хотелось бы передать Вам от всех прихожан этот букет цветов в благодарность за Вашу молитву, за Ваше архипастырское благословение. Многая и благая лета!»
Затем к собравшимся обратился глава Раменского района А.Н. Кулаков: «Ваше Высокопреосвященство, уважаемый Владыка! Я думаю, что имею право сегодня сказать от имени присутствующих, от имени всех жителей города Раменское и Раменского района, что мы очень рады Вас видеть. Большое спасибо за то, что Вы уделяете столько внимания нашему городу, нашему району, храмам нашего района, как и всем храмам Московской области. Ваше присутствие вызывает уверенность в том, что у нас здесь все будет хорошо. И я очень надеюсь на то, что никогда не повторятся события, которые происходили во всей нашей стране сто лет назад. Тяжелые времена, которые пришлось пережить нашей стране, коснулись и нашего города, и сегодня мы вспоминаем двух наших новомучеников, святых Александра Парусникова и Сергия Белокурова, которые пострадали за веру, за свой народ, мужественно перенесли все невзгоды и испытания. Уважаемый Владыка, мы к этому дню приурочили начало городского проекта под названием «Организация и строительство сквера имени Александра Парусникова». В моих руках постановление о наименовании элемента улично-дорожной сети, который будет называться «Сквер Александра Парусникова». Расположен он будет между Троицким и Борисоглебским храмами. Нам предстоит большая работа. Я думаю, что этот сквер будет украшением центра города и одновременно – памятником нашим святым. Уважаемый Владыка, я хочу вручить Вам это постановление для того, чтобы Вы потом с меня спрашивали, как мы реализовываем мы этот проект».
С архипастырским словом к собравшимся обратился митрополит Ювеналий: «Уважаемый Андрей Николаевич, дорогой отец Никодим, возлюбленные отцы, братья и сестры! С чувством глубокой радости я посещаю сегодня этот собор и вижу вас во множестве собравшимися в храм Божий. Несмотря на то, что сто лет назад в нашей стране начались лютые гонения на Церковь и верующих, вера Христова жива в нашем народе. Девятнадцать новомучеников причислены к лику святых в Раменском, сегодня мы отмечаем 80-летие их страданий и кончины и вспоминаем, как они совершали свое служение. В послании к Евреям апостол Павел поучает нас: «Поминайте наставников ваших, которые проповедовали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их» (Евр. 13:7). Каждому из нас здесь стоящему есть в чем подражать нашим подвижникам. В первую очередь священнослужителям, начиная с внешнего вида, который напоминает нам образ Христа, кто носит бороды и длинные волосы. Но не внешнее только важно. Невозможно без содрогания знакомиться с подвигами мучеников! Исполняя заповедь Божию и назидание апостола Павла поминать своих наставников, Русская Церковь причислила многих подвижников к лику новомучеников и исповедников, и ежегодно, в пасхальный период, на Бутовском полигоне, мы собираемся вместе с предстоятелем нашей Церкви Святейшим Патриархом Кириллом и молимся мученикам, которые там погибли и захоронены в безвестных могилах, и вдохновляемся их подвигом, жизнью и служением. Сегодня мы радуемся, что не только церковные люди, но и светские власти отдают дань уважения мужеству новомучеников, и я с радостью сегодня услышал, что тот парк, который будет создан между двумя храмами, будет посвящен священномученику Александру. Когда читаешь и вспоминаешь его житие, то сердце содрогается: как смог он нести с любовью и терпением свой священнический крест! Огромная семья, повседневные унижения, гонения – ничто не озлобило его, ничто не заставило его отречься от Христа. И вновь хочется сказать о том, какое это великое назидание для наших современных пастырей, которые ныне живут в условиях полной свободы, когда можно не только в храме совершать богослужение, но и за порогом храма вести социальную и просветительскую деятельность. Как этот подвиг мучеников должен нас вдохновлять! И это великий урок для каждого христианина: у отца Александра была многодетная семья, они жили даже не в бедности, а в нищете, но воспитывали детей в вере, в любви к Богу и ближним. Вы можете сказать, что трудно последовать их примеру, но мы должны верить в силу молитвы, потому что, приняв мученический венец, они сподобились дерзновения перед Богом помогать каждому из нас – тем, кто с верой и молитвой обращается к ним за помощью. Я верю, что вы, во множестве собравшиеся сегодня в храм, тоже получите помощь Божию через молитвенное предстательство наших новомучеников. Пусть Господь укрепляет наше духовенство и вас, братья и сестры, в вере православной, в любви к ближним и нашему земному Отечеству. Пусть Господь всех нас сохранит на многая и благая лета! Я благодарю тебя, отец Никодим, за дивный образ, который ты мне сегодня преподнес, он будет в моем домовом храме напоминать о нашей сегодняшней молитве. Но и каждый из вас, дорогие братья и сестры, прикладываясь ко кресту, получит сегодня в благословение икону, на которой изображены священномученики Александр и Сергий. И пусть Матерь Божия, молитвами и предстательством наших новомучеников, хранит всех нас на многая и благая лета!»
Затем Владыка митрополит в сопровождении игумена Никодима и А.Н. Кулакова посетил мемориальную комнату священномученика Александра Парусникова. Гостей встретила и провела для них экскурсию внучка священномученика Александра Александра Викторовна Фомичева.
День памяти новомучеников Раменских закончился праздничной трапезой, во время которой митрополит Ювеналий вручил академику, президенту Московского областного научно-исследовательского института акушерства и гинекологии В.И. Краснопольскому орден Русской Православной Церкви святителя Луки, исповедника, архиепископа Крымского, которого он был удостоен Святейшим Патриархом Кириллом в связи с 80-летием со дня рождения.
фото: Владимир Ходаков
Для нас праздник Раменских новомученикоов и приезд Владыки Ювеналия - это радостное и значительное событие, впечатление от которого невозможно описать словами. Остается только благодарить Господа за эту великую радость и наших святых новомучеников за их молитвы о нас грешных.
 

27 июня — день памяти отца Александра Парусникова

В 1937-1938 годах были последовательно арестованы все священники Троицкого храма; последним, 24 марта 1938 года, арестовали отца Александра.
Вспоминая события 1938 года, почитаем вместе оставшиеся в семье отца Александра письма тех лет…
Письмо отца Александра из тюрьмы матушке Александре: «Моя дорогая, ненаглядная Сашенька, здравствуй! Нас привезли заканчивать наше дело. До сих пор я совершенно не знал, за что я арестован и в чем меня обвиняют. Теперь выяснилось, что обвиняюсь я на основании свидетельских показаний. Некая П., которую я впервые увидел здесь, говорит, что она в 37 году была у нас уполномоченной от Гор. Совета, приносила подписку на займ, и я ей говорил, что все равно скоро будет война и всем большевикам свернут голову. А во время выборов агитировал и говорил, что это пустое. Но мне помнится, что на займ подписывалась ты в мое отсутствие, а во время выборов был кто-то знакомый. Еще свидетель Ж., которого я тоже не знаю, утверждает, что я проповедовал вечером около церкви народу 28 февраля, что скоро мы будем бить большевиков, резать, душить и вешать. 3-я говорит, что почти ежедневно ходил на фабрику в гости и говорил то же. Так видишь, все явная ложь и ее пришлось им искать почти два месяца. Теперь меня будут судить в Москве, когда, еще не знаю. Милая, заключение я переношу легко, но смертельно тоскую о вас, особенно о тебе. Я чувствую, без тебя я долго не проживу, а мне грозит в лагерь на 5 или 10 лет. После суда можно просить свидания. Прошу вас всех, любите друг друга, а Божие и мое благословение всегда с вами»
Письмо отца Александра из тюрьмы матушке Александре: «Дорогая Саша, спасибо тебе за то счастье, которое ты мне дала. Обо мне не плачь, это воля Божья. Долго без тебя не проживу. Очень тоскую по тебе. Целую, думаю»
Письмо отца Александра из тюрьмы детям: «Дети мои, всех вас целую и крепко прижимаю к сердцу. Любите друг друга. Старших почитайте, о младших заботьтесь. Маму всеми силами охраняйте. Бог вас благословит»
Письмо отца Александра из тюрьмы сыну Георгию, его жене Татьяне и их дочке Ире, которой было меньше года: «Юра, Таня дорогие прощайте, живите согласно. Я знаю, что вам будет тяжело, но помогайте матери, не покидайте ее, она без меня одна, обидеть ее легко. Я думаю, что вы у меня хорошие. Помните всегда об Ирочке, которую я целую и благословляю. Помните и обо мне, когда-нибудь получите весточку. Прощайте»
Письмо отца Александра из тюрьмы сыну Сергею: «Мой дорогой Сережа, прощай. Ты теперь становишься на мое место. Прошу тебя, не оставляй братьев и сестер и Бог благословит успехом во всех делах твоих. Тоскую по вас до смерти. Еще раз прощай»
Письмо Сергея матушке Александре: «Здравствуй милая мама! Сегодня получил от Санька письмо, в котором он сообщил о постигшем нас несчастии. Мама, но почему до сего времени никто мне не написал? Я все время ждал от вас письма и так не дождался. Мама, я знаю, что это очень тяжело, но ты, пожалуйста, не очень расстраивайся, ведь возможно, все обойдется по-хорошему. Ведь ты сама знаешь, что за папой ничего нет, кроме его религиозных убеждений, так что он не какой-нибудь преступник, все и обойдется. В отношении меня, так можешь быть уверена, я никогда вас не брошу, а наоборот, постараюсь сделать все, что смогу, чтобы ты и все мои браться и сестры были довольны. Мама, пожалуйста не стесняйся в деньгах, которые я тебе оставил… Также, мама, прошу тебя, пожалуйста, не стесняй ребят, ты, правда, их никогда особенно не баловала, но сейчас я тебя прошу, не надо отказывать, я думаю, что на это дело уйдет ведь не так много, а они будут довольны. В Москву я приеду числа 24-25 с/м, а поэтому прошу тебя написать мне как вы живете... Ну, мама, всего доброго, если что-нибудь будет нужно, пишите или телеграфируйте. Целую всех, Сергей. Ессентуки 5.04.38 г.»
Письмо матушки Александры сыну Сергею: «Дорогой Сережа! Прости, голубчик, пожалуйста, что я до сих пор не сумела тебе написать, но неожиданно налетел шквал и перевернул нашу семью вверх дном. Если ты получил письмо от Санька, то ты, наверное, уже знаешь, а если не получил, то могу тебе сообщить, что ты теперь остался единственной опорой всей нашей семьи. Папа еще в Раменском, но он уже не работник, да и не знаю, останется ли он тут. Сережа, тяжело писать на эту тему; давай поговорим лучше о твоих делах… Самочувствие наше тебе, я думаю, не чуждо, распространяться не приходится. Целуем тебя все. Пиши о себе. Твоя скорбящая мама»
Сергей сдержал обещание, до последних своих дней он заботился о матери, младших братьях и сестрах. Но жизнь его была недолгой — он умер от туберкулеза 3 апреля 1942 года, тогда ему был всего 31 год.
В один из майских дней 1938 года отца Александра под конвоем повели на вокзал, чтобы отправить в Москву. 13-летняя дочь Татьяна увидела отца и побежала к нему, прижалась и, обхватив его руками, сквозь одежду почувствовала, как он исхудал. Батюшка положил руку на голову дочери, благословляя ее, улыбнулся и сказал: «Танюша, какая же ты стала большая». Конвоир отогнал девочку в сторону. Она поспешила домой, чтобы рассказать маме о встрече с отцом. Матушка Александра тут же кинулась к вокзалу, догнала отца Александра и сопровождавшего его конвоира. Все вместе они вошли в электропоезд. Милиционер освободил одно купе для арестованного. Спустя некоторое время он разрешил Александре Ивановне сесть рядом с отцом Александром. Весь оставшийся путь они тихо беседовали… Это был их последний разговор на этой земле.
До 1946 года семья Парусниковых практически ничего не знала о судьбе отца Александра. «Осужден и отправлен в исправительно-трудовой лагерь без права переписки», и все…
Старшая дочь Надежда искала отца по всем московским тюрьмам, но безуспешно. Однажды на Лубянке, когда она в очередной раз, отстояв в очереди, подала в окошечко справку с фамилией отца, вдруг соседняя дверь открылась и ей сказали: «заходите». Надежда зашла и дверь за ней закрылась.
— Кто он вам?
— Отец.
— Мы не советуем вам больше его разыскивать.
Дверь открылась и она вышла, ее била дрожь. Она понимала, что сейчас вышла она каким-то чудом…
Лишь в 1946 году семье пришло письмо, написанное от руки на простом листке бумаги, о том что «Парусников Александр Сергеевич скончался в исправительно-трудовом лагере от рака желудка». Уже много лет спустя стало известно, что такие фиктивные извещения посылались многим, но в то время это было единственным сообщением семье о судьбе отца. Татьяна (младшая дочь отца Александра) рассказывала, что матушка Александра тогда так и не смогла поверить, что отца Александра нет в живых. Но матушка Александра написала об этом извещении старшему сыну Александру, который в то время уже жил отдельно со своей семьей в другом городе.
Письмо Александра матушке Александре: «Дорогая Мамочка! Вчера получил твое письмо с извещением о смерти дорогого, горячо любимого папки. Несмотря на то, что все мы предполагали о том, что его уже давно нет в живых, все же это известие поразило и горечью отозвалось в сердце, а на глаза вызвало слезы горести, утраты дорогого человека. Это печальное известие буквально парализовало все иные чувства и способности. Не клеилась работа, и все мысли сосредоточились только на этом, даже ответить немедленно на твое письмо я был не в состоянии. Сегодня утром достал его карточку и долго любовался его дорогими, близкими сердцу, родными чертами. Ты напрасно в письме напоминаешь мне о его любви ко мне. Конечно, до тех пор, когда я получил способности какого-нибудь мышления, мне знать интересно и нужно, но с тех пор, как я стал соображать, я прекрасно все помню, даже такие подробности далекого детства вызывают воспоминания о нем, что сам удивляешься, как они могли так запечатлеться в памяти. И вообще в жизни лично мне часто приходилось, да и не раз, наверное, придется еще его вспомнить. Он для меня был идеальным человеком. Не только отцом, но и учителем, а иногда и старшим товарищем, если вспоминаешь наши совместные прогулки и походы в лес и проч. И в трудные минуты жизни очень часто, когда положение казалось безвыходным, возникала мысль «а как бы поступил отец» или его выражение «А Бог-то» придавало надежды и сам старался быть спокойней и уверенней. И ты вполне права, говоря, что кому как не мне, больше, может быть, всех других сестер и братьев, скорбеть о его безвременной кончине.
По-моему, не только мы, родные, но и всякий, кто знал его, перекрестится и скажет: «Упокой, Боже, с праведными душу его».
Да! Он достоин этого, т. к. нет человека, которого бы он не утешил, не поддержал душевно, а может быть и физически, а тем более трудно найти такого, которому он пожелал бы зла, я лично никогда не слыхал от него такого в отношении кого-либо.
В первый же свободный день схожу в церковь и отстою за него панихиду. Дорогой наш, милый папка, ты принял венец мученический за всех нас, теперь тебе покой вечный уготован.
Поплакал немножко и над этим письмом (…)
Крепко любящий тебя Александр. Целую тебя и всех сестренок. 21-е ноября 46 г.»
11 октября 2001 г. семье Парусниковых пришло известие от канонизации отца Александра. На тот момент из десяти детей отца Александра в живых оставались только его две дочери — Татьяна и Екатерина.
 

Презентация книги «ЗА ХРИСТА ПРЕТЕРПЕВШИЕ.

Том III. Загорновская волость»

13 июня в малом зале КДЦ «Сатурн» г. Раменского состоялась презентация книги «ЗА ХРИСТА ПРЕТЕРПЕВШИЕ. Том III. Загорновская волость».
Эта книга - результат уникального исторического исследования, посвященного самым разным людям, подвергшимся репрессиям за исповедание христианской веры, вне зависимости от того, прославлены они в Лике Святых или нет, то есть не только Новомученикам и Исповедникам.
В 2016 и 2017 годах вышли первый и второй том книги, посвященные Раменское и Гжельской волостям. Теперь авторы представили третий том, посвященный священнослужителям и прихожанам трех храмов Загорновской волости.
Генеральным партнером и попечителем проекта с самого начала был и остается уроженец нашего города, депутат Раменского городского совета Иван Васильевич Гамов.
По прошествии нескольких лет, стало очевидно, что подобная исследовательская работа ведется только на территории Раменского района.
После торжественной части все желающие получили книги в подарок.
Приобрести все три книги "За Христа претерпевшие" можно в храмах Раменского района (если есть в наличии) и через наш сайт
 

В защиту Церкви и Поруганных святынь. 1918г.

Весна 1918 год.
Весна 1918 года. Москва еще не оправилась от ноябрьских боев. Следы снарядов и пуль к центру все гуще. У Кремля черные опалины артобстрела бросаются в глаза. Но победители празднуют. Россия еще не знает своей участи, не знает своей новой власти, но большевики всеми силами стараются закрепиться. Сейчас. Надолго. Навсегда. Первомайская демонстрация — это повод показать себя, свою силу, свою популярность. Первомай — это проверка на преданность народа новым идеалам, новым хозяевам. Транспаранты и красные влаги закрываю следы смерти, прошедшей по этим улицам. Транспарант с непонятной старой Москве надписью — «Да здравствует интернационал!» закрыл следы артобстрела на Никольской башне, заодно скрыв и икону Николая Угодника. Икона эта почиталась чудотворной после Наполеоновского пожара, не тронувшего башню.
С этого все и началось. Первомайская демонстрация для нас (получавших первый паспорт в СССР) — это праздник с флагами, транспарантами, шариками, громкоговорителями на улицах и советскими маршами. Для большевиков в 1918 году — это триумф победителей. Для русского народа, еще не ставшего советским в 1918 году — это Великая среда. Страстная седмица Великого поста. Впервые большевики увидели в своем преданном рабоче-крестьянском фундаменте трещину — православие.
«Всероссийский Священный Собор Православной Церкви, осведомившись о намерении совета народных комиссаров устроить в день 1 мая нового стиля политическое торжество с шествием по улицам в сопровождении оркестром музыки, напоминает верующим, что означенный день совпадает с Великою Средою (Пасха в 1918 году праздновалась 22 апреля / 5 мая. – Прим. ред.) В скорбные дни Страстной Седмицы всякие шумные празднества и уличные шествия, независимо от того, кем и по какому случаю они устраиваются, должны рассматриваться как тяжелое оскорбление, нанесенное религиозному чувству православного народа. Посему, призывая всех верных сынов Православной Церкви в упомянутый день наполнить храмы, Собор предостерегает их против какого-либо участия в означенном торжестве. Каковы бы ни были перемены в русском государственном строе, Россия народная была, есть и останется православной».
Чудо иконы Николая Угодника. 1 мая 1918 год.
Красное полотно, закрывавшее образ Николая Чудотворца, сверху донизу разорвалось. Кто-то даже видел, как огненным мечом разрубил сам святой угодник Божий завесу. Слух об этом разнесся по Москве как пожар. Целый день шли на Красной площади толпился народ, выстрелами разгоняли его патрули, но люди снова собирались и смотрели. Смотрели как чудесным образом спали остатки красной ткани с чудотворного образа, как ошалевшие красноармейцы целились и стреляли в Святыню, но пули ложились вокруг образа, не прикасаясь к нему. Из записей Архиепископа Иоанна (Шаховского):
«Весной 1918 г., 15-летним мальчиком, я прибыл из Тулы в Москву… В эти дни Москву обошел слух о некоем событии, случившемся у Никольских ворот. Я также пошел к этим воротам. Я увидел там толпы людей. Большая икона святого Николая Чудотворца висела над воротами. Она была занавешена красной материей. Материя была прибита гвоздями к краям иконы и закрывала ее всю. И вот, в этот тихий солнечный день москвичи увидели, как эта красная материя, закрывавшая икону, во-первых, разорвалась сверху донизу; и далее, полоски материи стали, как ленточки, отрываться от иконы сверху вниз и падать на землю…
Я стоял среди благоговейной и сосредоточенной толпы. Икона на глазах у всех очистилась совершенно от красной материи, ее закрывавшей. И вдруг я услышал позади себя выстрелы — один, другой, третий. Я оглянулся и увидел парня в солдатской одежде. Лицо его было типично русское, крестьянское, круглое, с напряжением, но безо всякого выражения. Он стрелял из ружья, метя в икону. Очевидно, он исполнял чье-то распоряжение, стреляя в икону святителя. Метки от пуль его оставались на иконе, уже ничем не закрытой. Оставались только маленькие кусочки красной материи по краям иконы, где были гвозди. Я видел, как в своей одержимости грешная Русь расстреливала свои святыни, а Русь святая молитвенно созерцала чудесное знамение Божией силы над миром»
Как и когда в это страшное время сумела Россия обрести Предстоятеля Церкви своей? Когда потеряли всякий смысл слова совесть, нравственность и справедливость, когда всему есть одна цена — революционная необходимость. Тогда занимает патриарший престол Святитель Тихон, митрополит Московский. Выбранный жребием, посланный Богом. И Святейший Патриарх, именующий себя «Смиренным», зовет свой народ к общей молитве, к молитвенному стоянию.
Обращение святителя Тихона к православному народу града Москвы о принятии участия в крестном ходе и молебне.
Смиренный Тихон, Божиею милостию Патриарх Московский и всея России, православному верующему народу града Москвы Благодать Вам и мир от Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа! 9 сего мая с Нашего благословения состоится торжественный креcтный ход и всенародное молебствие у Никольских ворот перед иконою Святителя и Чудотворца Николая, ныне, как и встарь, дивно охраняемою Промыслом Божиим в настоящие дни скорби и смуты. Призываем православных верующих жителей Москвы собраться вместе со святынями своих приходов на это церковное торжество и слиться в общей молитве, да сохранит Господь и впредь Своею милостию на радость и укрепление православного народа сию святую икону, осеняющую вхождение к святыням древнего Кремля. Пусть это светлое торжество не омрачится никакими проявлениями человеческих страстей и объединит всех не в духе злобы, вражды и насилия, а в горячей молитве о небесной помощи по ходатайству святого угодника Божия, молитвенным предстательством коего да оградится от всех бед и напастей Церковь Православная и многострадальная наша Родина.
Смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея России. 8/21 мая 1918 года, Москва.
Сохранилось множество воспоминаний об этом Крестном ходе, все газеты того времени отмечали необъяснимый духовный порыв, охвативший Москву. Невидимый и неощутимый доселе противник встал на пути большевиков — русский народ. Православный народ со святынями и пасхальными песнопениями шел на Красную площадь со всех сторон. Советская власть впервые увидела объединение народа вокруг Церкви и Предстоятеля ее Святейшего Патриарха Тихона.
Николин день. Крестный ход (газета Заря России)
Вчерашнее церковное торжество, устроенное по инициативе союза православных приходов Москвы, оказалось по количеству участников и по той стройности, с какой оно прошло, беспримерным в истории церковной жизни последнего времени.
Возможно, что только в древней Москве бывали такие церковные процессии, создаваемые религиозным порывом народных масс.
Торжество было подготовлено на местах целым рядом проповедей, в которых разъяснялось значение этого крестного хода. Накануне 9 мая во многих церквах происходила всенародная исповедь – возрожденный из древности христианский обычай.
Утро Николина дня как нельзя более соответствовало предстоящему торжеству: прохладное и солнечное.
Сверкающими лентами тянутся с различных сторон по направлению к Кремлю хоругви, сопровождаемые несметными толпами богомольцев. Стройное пение пасхальных напевов не заглушается даже шумом города. К 11 часам Красная площадь настолько переполнена, что все прибывающие крестные ходы с трудом продвигаются сквозь живую чащу народа. Трамвайное движение прекратилось.
Спокойно, как живая стена, стоит народ. Белые, желтые, розовые платки преобладают в этой неисчислимой толпе. Над ними целый золотой лес хоругвей. Почти все взоры обращены на двери Казанского собора, где идет обедня, совершаемая патриаршим служением. У соборной паперти огромный золотой киот, богато украшенный цветами. Икона из него находится сейчас в соборе. Напротив, над Никольскими воротами, белая хоругвь, на которой написан тропарь святителю Николаю.
Ровно в 12 часов, по окончании Литургии, из Казанского собора, с трудом продвигаясь сквозь толпу людей, процессия проходит к Никольским воротам, где и начинается молебствие, длившееся около часа.
Во время этого молебна крестные ходы с разных сторон продолжают прибывать.
Процессии прибывали до часу дня, проходя мимо Патриарха. Настроение молящихся изумительно спокойное, сосредоточенное. Ни о каких беспорядках, о которых много говорилось накануне, не могло быть и речи. Кое-где, главным образом по краям человеческого моря, были вспышки негодования против нарушителей порядка. В одном месте закричали и зашикали на солдата, который уселся на мотоциклетку, с треском тронувшуюся с места.
Кое-кого заставляли снимать шапки. Советскими властями никакой вооруженной силы не было выслано на площадь.
Только несколько солдат смотрели со стороны Кремля на Красную площадь, просунув голову между зубцами стены.
Только с 2 часов дня начался отлив. Еще в 3 часа дня на Красной площади стояли группы людей.
Наконец появились патрули, которые постепенно начали очищать площадь.
Заря России. 1918. Четверг, 23 (10) мая
Хроника 22 мая 1918 год.
Мы видим спокойное народное шествие, Патриарха у Никольской башни. И на хронике и на страницах газет читается — советская власть не регулировала это шествие. С разных сторон были стянуты отряды красноармейцев, но не пришлось им на этот раз стрелять на Красной площади.
Патриарха же священство вынесло на руках с площади. Каждый стремился к Святейшему прикоснуться, получить благословение. Наверное, тогда и стал Святитель Тихон врагом советской власти. Ведь по сути в эти страшные года на территории бывшей Российской империи не было одного признанного всеми правителя. В столицах Петрограде и Москве власть была в руках большевиков, но остальная Россия… на Дону формировались части Белой Армии генерала Алексеева, восток и большая часть Сибири стали практически отдельным государством, образованная, интеллигентская часть российского общества неудержимо бежала в Европу.
Был на всей территории России всего один человек, к которому обращались все эти части великой страны, разорванной гражданской войной. Святейший Патриарх Московский и Всея Руси Тихон. Он один был признан всеми. Он был единственным, как говорят сейчас, легитимным представителем власти, пусть Церковной, духовной, но настоящей, не выросшей за неделю на кровавых дрожжах революции и смуты. К нему обращались с письмами, с призывами принять чью-то сторону. Ему писали Деникин и Корнилов, Колчак и Врангель, ему угрожали Дзержинский и Ленин, от него требовали, у него просили, к нему ехали и шли со всей России.
Но все это было потом. Чуть позже. А пока весной 1918 года Крестный ход в защиту Церкви, Веры и поруганных святынь. Крестный ход, на который не посмела поднять руку власть, замучившая десятки тысяч верующих, разорившая храмы и монастыри.

P.S. Советская власть все же замуровала образ Николая Чудотворца на Никольской башне, закрыла его штукатуркой и и краской. Образ считался утраченным. Но в 2010 году снова второй уже раз спала завеса. Под слоем штукатурки древняя фреска сохранилась и была вновь открыта 4 ноября 2010 года.
источник: https://martyr.ru/1381-v-zashchitu-tserkvi-i-porugannykh-svyatyn-1918
 

5 мая 2018 года в праздник Собора Новомучеников, в Бутове пострадавших Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию под открытым небом на Бутовском полигоне.

Большим счастьем для нас было присутствовать на этом Богослужении. Пасхальную радость мы увезли с собой и хотим поделиться со всеми, кто не смог в этот день поехать с нами, хотя бы фотографиями.

Слово Святейшего Патриарха Кирилла после Литургии на Бутовском полигоне:

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Есть два ключевых текста к пониманию смысла сегодняшнего дня. Первый: «Если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и позна́ете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8:31-32). Этот текст мы слышали сегодня за Божественной литургией, потому что в соответствии с церковным уставом в этот день полагается чтение данного фрагмента Евангелия от Иоанна. А второй принадлежит святому Иоанну Златоусту: «Свойство истины таково, что она возвращается даже тогда, когда против нее восстают многие».
Мы совершили Божественную литургию на могилах людей, замученных и убитых за веру, — почему мы и называем христиан, погибших и захороненных здесь, новомучениками и исповедниками Церкви Русской. И вот первый текст, который я привел, — «истина сделает вас свободными». У кого-то может возникнуть мысль: да какая же тут свобода? Ведь эти верующие люди, которые, несомненно, исповедовали Господа Иисуса Христа, несомненно были Его учениками, потеряли всякую свободу! Они ни в чем не были виновны, однако были арестованы, нередко подвергались пыткам и, в конце концов, были умерщвлены здесь! О какой же свободе идет речь?
Но вот что удивительно. Их жертва, принесенная за Господа, была абсолютно свободной. Большинство из них могли отказаться от веры, похулить Господа, встать в ряды тех, кто был тогда так необходим власти, — пропагандистов, боровшихся с религией. Тогда и Бутова бы не было! Но они этого не сделали — ни архиереи, ни священники, ни монахи, ни множество мирян. Все они погребены здесь потому, что оказались верными Господу даже до смерти.
В чем же тогда их свобода? А свобода их в том, что они оказались сильнее власти, сильнее машины угнетения. У людей, которые их допрашивали, истязали и, наконец, расстреливали, была власть над ними. Они могли лишить их свободы передвижения, но они не могли лишить их свободы мысли, свободы веры и подлинной свободы выбора. И наши великие предшественники, мученики и исповедники Церкви Русской, захороненные здесь, на Бутовском кладбище, явили образец той свободы, о которой Господь говорит словами Евангелия от Иоанна, удивительно созвучными сегодняшнему дню.
Но истина, которую проповедовал Господь, истина, ради которой погибли новомученики Церкви нашей, в том числе захороненные здесь, в Бутове, действительно, по слову Златоуста, имеет свойство возвращаться. Разве могли представить себе те, кто отправлял сюда грузовики с приговоренными к смерти, разве могли подумать те, кто их расстреливал и сбрасывал в ров, что память убиенных будет так торжественно прославляться? Что истина, которую они исповедуют, станет истиной для миллионов людей? Что вера возродится в народе нашем и на этом месте скорби мы будем совершать торжественное молитвенное поминовение их подвига, вспоминать силу их веры, вспоминать их подлинную духовную свободу, которая бросила вызов гонителям, которая возвысила их над историческим моментом и ввела их в вечность как святых и героев духа, исповедников и новомучеников Церкви нашей?
Пусть память о наших святых предшественниках, кровью своей засвидетельствовавших верность Господу, помогает и нам, отделенным от них уже многими десятилетиями, хранить веру в сердце своем, исповедовать, что через слово Божие нам является подлинная истина, которая делает нас свободными. Наверное, это послание о подлинной свободе является одним из самых важных, которые несет миру Церковь Христова. И как же далеко это послание от множества толкований свободы, с которыми человечество сталкивалось на протяжении минувших двух тысячелетий! Как часто борьба за ложно понятую свободу сопровождалась страшными преступлениями, одним из которых стал Бутовский полигон! Как бесконечно далек идеал подлинной свободы от той, что становилась политическим фетишем, лозунгом, способом подчинить себе людей! Господь открывает нам подлинный смысл многого, и, может быть, одна из самых великих и важных истин, которые Он помогает нам понять, касается свободы. Вот и сегодня мы вспоминаем мучеников — борцов за подлинную свободу не только для себя, но и для всех нас, потому что, по слову Златоуста, невозможно ограничить истину, а вместе с истиной и свободу.
Да хранит Господь Церковь нашу! Да хранит Господь Отечество наше, всю историческую Русь! И да укрепляет нас в вере православной, которая способна через подлинную свободу человеческого духа ввести нас в Небесное Божественное Царство, открытое нам через пасхальную тайну Воскресшего Христа. Аминь! Христос Воскресе! 
Видеозапись Лиургии можно посмотреть на нашем сайте в разделе "Видео"
 

3 МАЯ В ТРОИЦКОМ ХРАМЕ г.РАМЕНСКОЕ ПРОШЕЛ КОНЦЕРТ ДУХОВНОЙ ХОРОВОЙ МУЗЫКИ

Пасхальный фестиваль - ежегодный российский фестиваль классической музыки, основанный по инициативе главного дирижёра Мариинского театра маэстро Валерия Гергиева, это долгожданное событие в культурной жизни России. В 2018 году (с 8 апреля по 9 мая) Московский Пасхальный фестиваль проходит при поддержке Правительства Москвы, Министерства культуры Российской Федерации, Министерства обороны Российской Федерации и по Благословению Его Святейшества Патриарха Московского и всея Руси Кирилла.
В. Гергиев: «Фестиваль - это праздник. Данный фестиваль музыкальный праздник. Он может вобрать в себя все лучшее, что в принципе обещает праздник Пасхи…»
В этом году впервые Раменское было включено в список городов-участников этого фестиваля.
В храме Святой Троицы в Раменском выступил «Драгостин Фолк Национал» - знаменитый во всем мире болгарский хор. Его создатель, Стефан Драгостинов, выпускник Ленинградской консерватории. Он работает во всех жанрах: от симфонических полотен до вокальной миниатюры. Свои произведения на христианскую тематику Драгостинов называет «верскими песнями» - то есть песнями, посвященными вере. Замечательные голоса и звучание народных инструментов, в которых сочетались народные мелодии с духовными песнопениями, а также яркие национальные наряды девушек, все вместе создало чудесную атмосферу пасхальной радости.
Хочется выразить огромную благодарность Стефану Драгостинову и его коллективу, а также настоятелю Троицкого храма игумену Никодиму – инициатору этого замечательного праздника!
 

Храм Святой Троицы г. Раменское - история страданий и возрождения

В апреле 1938 г. было принято решение о закрытии Троицкого храма в городе Раменское. На основании того, что «церковь бездействует, и группа верующих от этой церкви отказалась» Мособлисполком принял решение «Троицкую церковь в г. Раменское закрыть, а здание использовать под районную поликлиннику» (ЦГАМО.Ф.2157.Оп.1.Д.1710. Л191.) Цинизм властей проявился в этом документе в полной мере, на постановлении стоит дата 29 апреля 1938 г. Всего два месяца назад были арестованы и расстреляны отец Николай Фетисов и отец Сергий Белокуров, а с момента ареста отца Александра Парусникова — 24 марта — и вовсе прошел один месяц.
Некоторое время местные власти не использовали церковное здание никак. В 1939 г. было принято решение передать колокольню храма в пожарное ведомство и придать ей функции пожарной каланчи, что и было зафиксировано в протоколе заседания Горсовета: «Для наружного наблюдения за пожарами использовать колокольню церкви» (Раменское архивное управление Ф.4.Оп.1.Д.1.Л.81.). В том же 1939 г. дело дошло и до самой церкви. В здании решили устроить кинотеатр для просвещения населения в духе революционной борьбы и строительства светлого будущего. 31 июля состоялось заседание Президиума Раменского горсовета, где некий тов. Ковалев зачитал «акт о состоянии существующего кино-театра (бывшего сарая), каковой в настоящее время разваливается». Выслушав сообщение о состоянии советского очага культуры, Президиум постановил: «Существующую закрытую церковь в г. Раменское передать в ведение Мособлкино. Просить Президиум Мособлкинопоказа об отпуске для начала работ по переоборудованию церкви под кино во втором полугодии 1939 г. денег в сумме 100 тыс. руб. и просить переоборудование утвердить» (Раменское архивное управление. Ф.4. Оп. 1. Д.1. Л.164). В послевоенное время в здании церкви располагались пивоваренный завод, макаронная фабрика, цех безалкогольных напитков.¹
С 1948 г. в изуродованных помещениях Троицкого храма располагались производственные цеха: пивоваренный завод, макаронная фабрика, цех безалкогольных напитков. В 1950-е гг. были разобраны пятиглавие храма и верхний ярус колокольни.²
Только в 1989 г. храм был возвращен верующим. Настоятелем был назначен отец Валентин Дронов. Отец Валентин вспоминает: «…Это был огромный Троицкий собор в центре города, в котором в ту пору располагались макаронная фабрика и пивной завод. Гигантское пространство, я когда его увидел, был ошарашен. Там уже зарегистрировали общину, и верующие просили прислать им батюшку… Меня назначили настоятелем этого собора, и пошла моя работа хозяйственника. Только одних битых бутылок больше двадцати КамАЗов вывезли….»³
Тогда было все сложно: достать материалы, организовать работы и даже найти информацию о том, каким храм был до его разорения. Но с Божьей помощью, постепенно храм был открыт и верующие смогли приходить на богослужения.
Теперь здесь регулярно проходят службы и отмечаются праздники. В последние годы стала доступной информация в архивах и появилась возможность восстановить прежний облик Троицкого храма. В этом году по инициативе настоятеля отца Никодима Лунева начаты работы по реставрации Троицкого храма. Будем надеяться, что с Божьей помощью, через какое-то время мы сможем увидеть наш Троицкий храм почти таким же, каким знали его наши священномученики, их родные и друзья.

В подготовке сообщения использованы следующие источники: 1 - "За Христа претерпевшие. Церковь и политические репрессии 1920-1950гг. на территории Раменского района Московской области. Том I. Раменская волость" авторы Никонов В. В., Ушатова Н.П. Гжель: Гжельский государственный университет, 2016 г. 2 - Проект зон охраны объекта культурного наследия регионального значения – церкви Святой Троицы, 1847-1852 гг., 1885-1888 гг., в городе Раменское Московской области. 2013 г. 3 - из интервью протоиерея Валентина Дронова интернет-порталу «Православие и мир» 2015г http://www.pravmir.ru/protoierey-valentin-dronov-vo-vseh-bitvah-s-sovetskoy-vlastyu-ya-vyihodil-pobeditelem/
 

Освящение иконы Сергия и Александра Раменских в Борисоглебском храме г. Раменское

7 марта 2018г, в день памяти священномученика Сергия Белокурова, после Божественной Литургии было совершено торжественное освящение иконы Сергия и Александра Раменских. 
В связи с ремонтными работами в Троицком храме Богослужение проходило в Борисоглебском храме. 
Борисоглебский храм старше Троицкого и когда-то именно он был Троицким, но  небольшая церковь уже не вмещала всех прихожан и в 1847 году началось строительство нового храма. После возведения нового Троицкого храма старшая церковь была переосвящена во имя Святых благоверных князей Бориса и Глеба и стала приписной к Троицкому храму (храмы имели один причт). Новая «большая» «красная» Троицкая церковь стала главным храмом, центром прихода, а старая «малая» «белая» Борисоглебская церковь считалась княжеской, усадебной, и открывалась для прихожан только по большим праздникам. Владельцы фабрики в Раменском большое внимание уделяли храмам — «большому» Святой Троицы и «малому» Борисоглебскому. Потомственный почетный гражданин Николай Павлович Малютин (ок. 1852—1907) в течение долгого времени состоял церковным старостой этих храмов и делал на собственные средства многие ремонтно-восстановительные и строительные работы. Очень долго в Борисоглебской церкви находился Раменский краеведческий музей и лишь в 2005 году храм был возвращен верующим.
Теперь "Белая" церковь помогает своей "младшей сестре" пережить период ремонта и реставрационных работ.
Сейчас икона Сергия и Александра Раменских находится в Борисоглебском храме
 

17 февраля 2018 года впервые будет отмечаться День памяти новомучеников Подмосковных

Обращение митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия в связи с празднованием Дня памяти новомучеников Подмосковных 17 февраля 2018 года:

" Дорогие жители Подмосковья! Возлюбленные братья и сестры!

В этом году в соответствии с Законом Московской области «О праздничных днях и памятных датах Московской области» впервые будет отмечаться День памяти новомучеников Подмосковных. Это событие имеет большое духовное и исключительное гражданское значение. Более ста лет тому назад в нашем Отечестве начались гонения на веру и Церковь, не прекращавшиеся несколько десятилетий. Безбожная власть поставила задачу последовательного искоренения религии, вследствие чего великое множество верующих стали жертвами многообразных жестоких преследований вплоть до изнурительных каторжных работ и убиения на основе неправосудных приговоров. В годину лихолетья архипастыри, пастыри, монашествующие и миряне совершили подвиг страдания за Христа, оставшись верными Ему даже до смерти. Тем самым был исполнен призыв Спасителя, сказавшего: «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мф. 16:24).

На Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2000 г. было совершено прославление в лике святых Собора новомучеников и исповедников XX века. За последующие годы их сонм пополнялся новыми именами. Теперь это 1770 подвижников, из которых 550 подвизались в Московской области.

Святые новомученики вдохновляют нас крепостью своей веры и беспримерной стойкостью в перенесении скорбей. Они смиренно принимали постигшие их страшные испытания, во всем полагаясь на волю Божию, молясь за своих мучителей и испрашивая у Господа лучшей доли для горячо любимой Родины.

В наши дни в память о новомучениках освящаются храмы, совершаются торжественные богослужения. О святых подвижниках рассказывают музейные экспозиции и многочисленные книги, в том числе и адресованные подрастающему поколению. О страдальцах за веру напоминают скорбный мемориал на расстрельном полигоне в Бутово, а также поклонные кресты и мемориальные доски.

Вступивший на Первосвятительский Престол сто лет назад, святой Патриарх Тихон, с печалью взирая на преследования православных, видел преемственность судеб Древней и Русской Церквей. Он с убежденностью писал: «не останется бесплодным подвиг наш, подобно тому, как страдания мучеников христианских покорили мир учению Христову».

И сегодня, когда Церковь в условиях свободы имеет возможность беспрепятственно совершать свое общественное служение, мы с благодарностью вспомним о тех, кто предстательствует перед Престолом Всевышнего о духовном возрождении нашего народа, а также его мирном и благоденственном житии. 

  Крестный путь наших святых XX века служит напоминанием и всем людям доброй воли о том, что нарушение права человека на жизнь и вероисповедание противозаконно и недопустимо. 

 День памяти новомучеников Подмосковных пусть станет для всех нас празднеством единения на основах веры, надежды и любви! 

 Призываю на всех Вас Божие благословение! "

                                                                                                                                             +Ювеналий, митрополит Крутицкий и Коломенский

 

Московская Епархия Русской Православной Церкви  http://www.mepar.ru/documents/misc/2018/02/17/8344/

 

4 февраля 2018 года  Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской

                                                                   В каждом древе распятый Господь, 
                                                                   В каждом колосе тело Христово, 
                                                                   И молитвы пречистое слово 
                                                                   Исцеляет болящую плоть. 
                                                                                                   А.Ахматова 1946г 
На основании решения Всероссийского Поместного Собора 1917-1918 гг., по определению Патриарха Тихона, было положено начало празднованию Собора новомучеников и исповедников Российских. 
За долгие годы гонений на Церковь после переворота в 1917 году злодейски были убиты и замучены многие православные: миряне, священники, монахи. Перед той властью их вина была в том, что они верили в Бога. 
В этот день Святая Церковь поминает всех пострадавших, кто принял мучения и смерть за веру Христову, дата упокоения многих из них — неизвестна. 
Их поминовение было установлено на 7 февраля по определению Священного Синода Русской Православной Церкви от 30 января 1991 года. А на Архиерейском Соборе 2013 года было изменено исчисление этого праздника, которое применяется и сегодня: 
Если 7 февраля приходится на понедельник-среду, то поминовение осуществляется в предшествующее воскресенье. А если на четверг-субботу, то праздник переносится на ближайшее последующее воскресенье. 
После открытия архивов было изучено много документов, протоколов допросов, расстрельных списков. На основании этих материалов, Церковью к 2011 году, были канонизированы в лике новомучеников и исповедников более 1700 человек. 
Это первый случай в мировой истории, когда столько новых небесных заступников было явлено миру.

В своем докладе О ПОЧИТАНИИ НОВОМУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ ЦЕРКВИ РУССКОЙ В МОСКОВСКОЙ ЕПАРХИИ Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий приводит следующие слова священномученика Онуфрия, архиепископа Курского (+1938), которые были написаны им в письме одному из своих друзей в 20-е годы прошлого века. Сейчас они звучат пророчески. Вот что писал святитель: 

«Ты, дорогой друг, с тревогой спрашиваешь меня: что будет с нашей Церковью православной лет через тридцать, когда те верующие, коих теперь немало, умрут, а их сменит нынешнее поколение — злых и злобных врагов Церкви Божией? Ведь тогда они пойдут открытым походом на Церковь Божию. А что же мы им противопоставим? Нужно сказать тебе, дорогой друг, что наряду с врагами Церкви Божией растут несомненно и друзья ее; пусть будет их немного, но они страшны своей истиной. Под градом насмешек и притеснений они закаляют свою веру в Бога и преданность Церкви Божией. И вот вместе с пастырями Церкви Божией, они встанут на защиту веры православной… Может пролиться кровь верующих. Пусть, она будет семенем, как в первые века христианства — семенем, из которого вырастет еще крепче дружина христианская. Для Церкви Христовой — не новость гонения и кровь. Все это было. И все это ведет не к уничтожению Церкви православной, а к ее прославлению и распространению».

4 февраля Храм Святых Новомучеников и Исповедников Российских в Бутове
Праздник Собора Новомучеников и Исповедников Церкви Русской . Поминовение всех усопших пострадавших в годину гонений за веру Христову
8:30 Исповедь
9:00 Часы
9:30 Встеча Архиерея
9:45 Божественная литургия
В этот день мы стараемся быть на Бутовском полигоне. 
Приглашаем всех желающих присоединиться к нам. 
В этот раз предстоит поездка общественным транспортом, варианты описаны ниже. 
Добраться до Бутова:
- от Раменского на элетричке до м. Выхино, далее до метро Текстильщики, далее на электричке до станции Бутово, а оттуда на авт. №18 до конечной остановки "Бутовский полигон". 
Еще можно от м. Выхино добраться до м. Бульвар Дмитрия Донского
- от станции метро «Бульвар Дмитрия Донского» (выход из первого вагона от центра, после стеклянных дверей направо, далее по левой лестнице к остановке около дороги) автобусом № 18, следующим по расписанию: 6-20; 7-20; 8-20; 9-20; 10-20 до конечной остановки "Бутовский полигон" 
В качестве альтернативы можно добраться от метро на любой маршрутке, которая идет по Варшавскому шоссе. Нужно будет выйти на остановке Новодрожжино (ориентир — эстакада над «Варшавкой»), перейти по подземному переходу на противоположную сторону шоссе, и далее пройти в сторону полигона по улице Березовая аллея около 800 метров.
В подготовке сообщения использованы: - расписание Богослужение на сайте Бутовского полигона https://www.martyr.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=155&Itemid=19 - статья "О ПОЧИТАНИИ НОВОМУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ ЦЕРКВИ РУССКОЙ В МОСКОВСКОЙ ЕПАРХИИ" Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий 31 января 2017 г. http://www.pravoslavie.ru/100618.html 
 
Конкурс изданий "Просвящение через книгу"

2 ноября 2017 года в Сергиевском зале Храма Христа Спасителя в Москве состоялось награждение лауреатов XII открытого конкурса изданий «Просвещение через книгу».  

По словам организаторов, целью конкурса является объединения усилий церковных и светских издательств по выявлению изданий и программ, соответствующих высоким нравственным идеалам духовного просвещения и патриотического воспитания, а также привлечения общественного внимания и издательского интереса к воспитанию подрастающих поколений в духе истинных христианских ценностей. 
В 2016 году  книга "За Христа претерпевшие. Церковь и политические репрессии 1920-1950гг. на территории Раменского района Московской области. Том I. Раменская волость"  обратила на себя внимание комиссии и получила диплом II степени в номинации "Лучшее издание по истории Русской Православной Церкви в XX веке и казачеству". Для нашего общества это было значительным событием! 
Авторы продолжили работу и в этом году вышел второй том: "За Христа претерпевшие. Церковь и политические репрессии 1920-1950гг. на территории Раменского района Московской области. Том II. Гжельская волость". И в этом году второй том издания также получил оценку комиссии и диплом II степени в той же номинации. 
Еще было очень радостно узнать, что книга "Священник, художник и поэт"  под общей редакцией игумена Никодима (Лунева) также была отмечена дипломом II степени в номинации "Лучшая иллюстрированная книга". 
Книга «Священник, художник и поэт», изданная Егорьевским благочинием, посвящена творчеству протоиерея Петра Васильевича Андреева, который в 1950-e гг. проходил служение в Александро-Невском соборе г. Егорьевска. В этой книге  впервые опубликованы художественные произведения П.В. Андреева, которые находятся в собрании Калужского музея изобразительных искусств, и его стихотворения из цикла «Времена года», хранящиеся у потомков протоиерея в г. Егорьевске. (http://www.egorievgrad.ru/publish/kniga-svyashchennik-hydozhnik-i-poet/). Работа была издана, когда игумен Никодим был благочинным Егорьевского округа, а с сентября этого года игумен Никодим назначен благочинным церквей Раменского округа и настоятелем Троицкого и Борисоглебского храмов города Раменское Московской области. 
Надеемся, что такая высокая оценка работы авторов и всего творческого коллектива, поможет продолжать их нелегкую и интересную исследовательскую работу. 
Пожелаем им новых интересных проектов и Божией помощи.

Протоиерей Пётр Андреев 

* * *

Ветер в поле травкою 

 Вдруг зашелестит, 

 Белою купавкою 

 Поле заблестит. 

 Листья заколышутся, 

 Птички запоют, 

 А в душе послышится: 

 Вот тебе приют. 

 Не тверди с усталостью: 

 Жизнь нехороша. 

 Вот такою малостью 

 Радостна душа. 

 Был бы лучик солнышка, 

 Да спокоен дух. 

 Пища на день – зёрнышко, 

 Не проси о двух. 

 Не завидуй шумному, 

 Сытому житью… 

 Выйди ночью лунною 

 К светлому ручью. 

 Подыми усталую 

 Голову к звездам, 

 Радость эту жалует 

 Бог лишь мудрецам. 

 

Книга «За Христа претерпевшие. Церковь и политические репрессии 1920–1950 гг. на территории Раменского района Московской области».

Книга «За Христа претерпевшие» - это результат исследовательской работы, которая включала исследование подвига священников, церковнослужителей и мирян, пострадавших за открытое исповедничество своей веры в годы гонений на Церковь на территории Раменскогорайона Московской области. В ней описаны истории не только мучеников и исповедников, причисленных Церковью к лику святых, но и рядовыхсотрудников храмов, членах церковных советов, бывших хоругвеносцах, просвирнях и просто активных прихожанах, не изменивших своей совести и подвергшихся репрессиям со стороны богоборческойвласти. Работа основана на уникальных, ранее не публиковавшихсяархивных материалах, и адресована читателям, которые интересуются вопросами взаимоотношения Церкви и государства в период наиболее острого противостояния, а также историческими аспектамидуховной, культурной и бытовой жизни Подмосковья.

В 2016 г вышел первый том этой книги, который был посвящен Раменской волости, а 20 августа прошла презентация второго тома издания. На этот раз в книгу вошли пострадавшие за веру в Гжельской волости, также описывается историческая обтановка тех времен и судьба храмов Гжельского района. 

На презентации присутствовали священнослужители храмов Гжельского района, местные жители, спонсор издания и команда авторов и издателей, а также представители нашего общества. 

Уже в этом году готовится к печати следующий третий том книги, посвященный Загорновской волости и продолжается работа над изданием  о Быковской волости. 

Огробное спасибо авторам и организаторам. Хотелось бы пожелать помощи Божией в их дальнейшем труде.

 

4 июня, в День Святой Троцы, митрополит Ювеналий совершил Божественную Литургию и Великую Вечерню с коленопреклонными молитвами в Троицком храме города Раменское.

Храм Святой Троицы - главный храм Раменского. День Святой Троицы всегда был особым днем для нашего города. И поэтому особенно радостно, что нас в этом году посетил архипастырь, митрополит Ювеналий. Множество народа собралось на Богослужение, и это особенно радостно видеть, вспоминая, что всего лишь тридцать лет назад этот храм был закрыт и власти не считали нужным его открывать для верующих. Но все меняется по промыслу Божию.  Теперь в храм приходят все больше людей, а значит жива наша Церковь.

 
Улица утраченной памяти
в данном сообщении использованы воспоминания   старожила Первомайской улицы г.Раменское Белокуровой Нины Сергеевны, дочери отца Сергия Белокурова, написанные по просьбе и при участии известного раменского краеведа Соколова Михаила Дмитриевича

Раз в год расцветает сирень. И в это время года на улице Первомайской у каждого дома стоят фонтаны цветов, привлекая прохожих.  Так что же эта за улица, на которой в таком количестве сохранились деревянные дома, утопающие весной в сирени? 

 "По ночам по этой небольшой улочке, с одной стороны, скрытой за собором и парком, а с другой – приходящим в негодность недостроенным монстром – огромным кирпичным зданием, живет кусочек истории Раменского, улочка, точнее то, что от нее осталось. Сейчас она носит название Первомайской, а в дальнем далеке носила название – Поповская или Поповка. 

 Название улицы в городе – это нечто большее, чем просто слово. Если тебе посчастливилось родиться на свет Божий, то все, что тебя окружало с детства – это твое и только твое, несмотря на то, куда тебя забросила судьба. Наступает время, и ты начинаешь возвращаться в родные места – хотя бы мысленно. Но, увы! Тебя встречают ничего не говорящие уму и сердцу названия: улица Карла – Маркса, улица Красноармейская, улица Первомайская. И среди всего этого безбожного моря гордо несет свои мачты – паруса Храм Бориса и Глеба. Правда, как дурное предзнаменование – озеро, которое пугало тебя в детстве разливом – исчезло, и некуда плыть храму, этому кораблю духовного спасения, дорогу к которому ты искал всю жизнь: в смертном бою, в трудной работе, в устройстве дома. 

  Из нашей жизни незаметно исчезло многое. Исчезли письма с фронта, который заменили телефонные звонки с «горячих точек». А ведь наши бабушки хранили солдатские треугольники до своей смерти – порой это было всего одно письмо с какого – ни будь полустанка. Писал его воин чернильным карандашом на вырванном тетрадном листе и написанном на спине своего товарища. А дальше похоронка или томящее несбывшейся мечтой – пропал без вести. И тоскливой песней: «Ах милый, если б не было войны!» Ах, если бы! Если бы не было революции, репрессий, войны, перестройки…Как бы мы жили, кем были? Может так и осталась эта улочка Поповской и жили бы на ней потомки тех, кто пришел сюда почти триста лет назад и начала обустраивать свою жизнь на берегу Борисоглебского озера с верой в Бога и надеждой на его помощь. Но какое село без храма? Заметим только, что в канун революции в огромной стране было 64 000 церквей и храмов, построенных руками и на деньги десяти поколений православных россиян. 

 Считается, что первыми жильцами улицы стали священник Иван Леонтьев, дьякон Матвей Иванов, дьячок Алексей Потапов, пономари Андрей Силуянов и Михаил Андреев. И сегодня, среди множества фамилий современников, проживающих в районе и городе можно отыскать схожие, да только мы стали за бегом времени нелюбопытны, и мало кто интересуется своей родословной. А надо бы, что сказать с гордостью: «Мы не пыль на ветру!»

 Первый дом, угловой, был построен по типичной для Поповской улицы форме: низ больше, а второй этаж маленький. В конце XIX – начале XX века он принадлежал Трофимовым: хозяин работал инженером на фабрике, а его дочь преподавала в женской гимназии. После революции этот дом был коммунальным, дважды перестраивался, реконструировался, но в какой-то степени сохранил свою первоначальную форму. Осенью 2002 года, к сожалению, он был разобран. 

 Дом № 3 – самый «молодой» на улице, построен в 1908 году священником Александром Ивановичем Соколовым, который приехал из села Малахова Бронницкого уезда в 1907–08 гг. с семьей (жена, трое сыновей и две дочери). В доме была замечательная терраса, высокая, вся обвитая растениями с белыми цветами, под террасой был настоящий театр – со сценой, зрительным залом, занавесом и декорацией. Артистами были дети отца Александра – Оля, Таня, их подруги Агния, Дуся и др. Ставили сказки, басни, анекдоты. Сейчас здесь живут потомки отца Александра Соколова. Сохранилось множество описаний, как были обустроены эти театры. Домашний театр становился городской достопримечательностью, он влиял на на умственную жизнь в городе. И многие великие русские артисты получали путевку на сцену именно в таких домашних театрах. 

Следующие три дома (они стоят перпендикулярно линии улицы) принадлежали псаломщику Виктору Михайловичу Хотьковскому (у него была жена Вера Васильевна, сын Женя и дочка Маня). Дома были построены примерно в середине XIX века.Фабрика арендовала у него один дом, хорошо платила и производила ремонт (сейчас здесь проживают Скрябины – дом № 6), в нем жила Елизавета Павловна – жена умершего директора фабрики Дмитриева, очень прогрессивного человека для своего времени. В ограде церкви ему был поставлен памятник, автором которого был скульптор Антокольский. Между домом Елизаветы Павловны и домом Белокуровых был широкий переулок, где стояла будка и висела круглая чугунная доска, достигавшая почти метра в диаметре. Сторож всю ночь сидел в будке и отбивал в доску каждый час, а потом ходил вокруг дома с колотушкой. Примерно в 1913 году, еще при жизни Елизаветы Павловны, дом горел. После пожара фабрика почти заново отстроила его, дом принял прежний вид, и «хозяйка» опять переехала в него. После смерти Елизаветы Павловны Хотьковский продал все три дома: один Мыльцову (дом № 4), второй Остаповым – бывшим учителям Дергаевской земской школы. Сейчас этот дом (№ 5) принадлежит их внуку. Самый большой (дом № 6) –Пенкиным. Отец работал в конторе при фабрике. У них было 7 человек детей. Сейчас в этом доме живут их потомки.В третьем доме в глубине (№ 4) жил сам Хотьковский. После революции и этот дом был продан. Какое-то время здесь жил священник Розанов, а с начала 30-х годов здесь жила семья П.О. Мыльцева, бывшего балтийского матроса, участника революционных событий 1917 года в Петрограде, а затем мастера фабрики. С 70-х годов дом принадлежит Кузнецовым. У этого дома всегда был большой фруктовый сад. 

Самый старый из сохранившихся домов – дом № 7 Белокуровых. Он построен в 1818 году дьяконом Троицкой церкви Петром Кирьяновым. Построен добротно, по типичной для тех времен конструкции: шириной в 6–7 окон первый этаж и небольшой второй этаж в центре. На первом этаже в центре находилась большая открытая терраса, а над ней балкон второго этажа. После Петра Кирьянова этим домом владел его сын, Алексей Петрович Кирьянов, тоже дьякон. У него было несколько дочерей, одна из которых вышла замуж за дьякона Сергея Ивановича Белокурова и получила этот дом в наследство. Сергей Иванович служил в нашей церкви вплоть до 1938 года, сначала дьяконом, а потом священником. Дом сохранился в первоначальном виде (нет только террасы и балкона). Перед домом был небольшой палисадник, а сзади – большой сад. Сейчас в этом доме живут потомки Кирьяновых – Белокуровы. На этом участке, кроме основного дома, у Кирьяновых было еще два дома (один летний). Как известно, в конце XIX века начался дачный бум. Не избежало его и село Раменское. Поэтому многие церковнослужители имели по несколько домов, сдавая их летом московским дачникам. Дом построен в 1818 году. Сначала срубили сруб и выдерживали его 10 лет, а потом построили дом. Внутри он оштукатурен, снаружи обшит тесом, а между тесом и бревнами был засыпан толченый древесный уголь. В этом доме никогда не было ни сырости, ни плесени. Второй дом сдавали, семье Павловых. Жена Д. А. Павлова была дочерью управляющего имением князя. Ни этот, ни третий дом не сохранились.

Дом № 8 принадлежал Парусниковым. Они поселились здесь в 1862 году, когда отец Сергий получил здесь приход. У него была многочисленная семья – 13 детей. Сыновья учились в Высшем техническом училище (теперь им. Баумана). Младший сын Александр ушел с последнего курса и посвятился в священники, принял приход у отца. Дом был точно такой же, как и соседний дом (№ 7), по-видимому, их строили вместе одни и те же плотники, – большой, традиционной формы, за домом большой сад. В 1908 году зимой этот дом сгорел дотла, горел он почти 3 дня. Дом выстроили вновь, но совсем другого типа, более просторный (он стоит и сейчас, конечно уже сейчас с многочисленными пристройками). Все дети отца Сергия разъехались, остался только один отец Александр с многочисленной семьей – 9 детей (дом у них был только один). Отец Александр был настоятелем Троицкой церкви (уже новой), преподавал в фабричном училище до самого 1938 года, когда был арестован и расстрелян вместе с другими служителями нашей церкви. 

В 2000 году постановлением Юбилейного Архиерейского Собора Русской православной церкви священники о. Александр (Парусников) и о. Сергий (Белокуров) были канонизированы как новомученики российские. 

 Дом № 9 принадлежал псаломщику Рождественскому. Этот дом был тоже традиционной формы. Кроме этого дома у Рождественских было еще два: в глубине - второй дом, где жили сами Рождественские, и еще дальше – третий, небольшой, который все называли «дом на курьих ножках». Там жила дальняя родственница Рождественских, по-видимому, очень бедная; вся наша улица ей помогала. В доме у нее все ходило ходуном: половицы, двери, рамы, но было очень чисто и опрятно. Самый большой дом, который выходил на улицу, Рождественские сдавали. В 1906–08 годах там помещались классы Мужского городского училища. Мальчики получали образование, которое было ниже гимназии, но выше начальной школы, и плата за обучение ниже гимназии, а потому там училось много детей Раменских крестьян. После революции этот дом стал коммунальным, затем некоторое время здесь был детский дом. Во 2-ой половине 40-х годов здесь жил М.П.Рыжаков – председатель горсовета, который был инициатором посадки деревьев на склоне между церквями. Потом в народе эти насаждения назвали «Рыжаковской рощей».

 Второй дом, где жили Рождественские (дом № 10), он продал некоему Федотову. Тот торговал во время НЭПа мороженым, и его прозвали «Миллионером». В 20-е годы он продал дом Папушеву и Кузнецову. За домом был хороший сад. При постройке Агропрома дом был снесен. Третий дом не сохранился. 

Дом №11 принадлежал священнику Александру Цветкову, на дочери которого был женат священник Алексей Константинович Хавский.  Отец Алексей Хавский, настоятель церкви Бориса и Глеба, был духовником князя Голицына-Прозоровского. Овдовев, он остался с двумя взрослыми детьми. Он владел двумя домами. В большом жил сам, а маленький сдавал. Дочь его, Шарова Юлия Алексеевна, воспитывалась в княжеском доме. Она была ровесница княжны и очень дружна с ней, позднее служила «классной дамой» в Раменской женской гимназии.

 Я прохожу по этой маленькой улочке, вернее, то что от нее осталось. Тут когда — то звенела шумела жизнь: люди жили, любили своих близких, влюблялись, растили детей, работали ради нас с вами. Их голоса, если прислушаться, кажется слышны среди этих развалин. И почему мы так небрежно относимся к их светлой памяти, не бережем ее и не видим тех разрушений, которые словно раны на теле, вызывают боль в сердце. Пора вернуться к истокам своих корней, в полном смысле построить настоящую дорогу к храму. А как же иначе?"